Демьян тяжело вздыхает и встает из-за стола. Я прислушиваюсь к его шагам, которые приближаются к панорамному окну.

— Релли еще не простила тебя, — спокойно говорит брат. — Но ты ей нужен, и она скучает по тебе. Это все, что я могу сказать тебе. Делай выводы и действуй исходя из этого. Может быть, тебе удастся сломать стену между вами. Но не проси меня вмешиваться. Я не стану уговаривать жену встретиться с тобой.

— Потому что она откажется? — мрачно спрашивает Алексей.

— Нет. Потому что она пойдет против себя и согласится. А я не хочу этого. Не хочу пользоваться тем, что могу повлиять на неё. Аурелия вправе сама решать, как ей поступить.

— Я тебя услышал, — выдыхает Дьяков. — Что касается Лудуса…

Мужчина не успевает договорить, потому что дверь кабинета внезапно распахивается. До моих ушей доносится звук шагов Алана и лепетание Самаэля.

— Па…па. Папа, — звонко произносит племянник.

— Сэмми хотел к тебе, — озадаченно говорит младший. Видимо, он не знал о том, что Алексей здесь. — Мы позже придем.

— Папа! — Сэм начинает плакать.

— Не надо, — мягко произносит Демьян, прежде чем подойти к Алану и забрать сына.

Я поднимаюсь с дивана, потянув за собой Исаака. Этим троим нужно побыть наедине, а наше присутствие здесь сейчас лишнее. Старший тоже это понимает, поэтому следует за мной. Мы с близнецами выходим из кабинета и закрываем за собой дверь.

— Зачем Алексей пришел? — сразу спрашивает Алан.

— Его пригласили сделать ставку на игрока, когда начнется Лудус, — отвечаю я. — Он пришел сообщить об этом.

— И кто тот ублюдок, решивший, что ему позволено проводить игру?

— Мы пока не знаем.

— Мне не нравится всё это, — раздраженно произносит Исаак. — Никакой информации о Лудусе добыть не удалось. В лесу всё тихо. Неизвестно, какой сюрприз нас ждет.

— Рагнар сказал, что брат подключил Марка, — сообщает нам младший. — Возможно, ему удастся что-нибудь узнать.

— Не думаю, — мрачно бросает старший. — Черный лес огромен. Неизвестно, в какой его части проведут Лудус. Но мне почему-то кажется, что животных уже изловили и готовят к началу игры.

— И не только животных, но и игроков, — добавляю я. — Уверен, что к игре давно подготовились. И в этот раз изменили всё, чтобы нам не удалось предугадать, какими будут испытания.

— И что тогда нам делать? — раздраженно спрашивает Алан.

— Ждать, — бесстрастно бросаю я. — И готовиться к Лудусу. Потому что во время игры нас обязательно попытаются отвлечь.

— Как, например? — интересуется Исаак.

— Этого я пока не знаю.

В городе могут начаться беспорядки. Или же на кого-то из нас нападут, чтобы у Демьяна не было времени искать тех, кто затеял все это. Есть множество способов отвлечь нашу семью. Вопрос в том, какой именно из них они выберут. И самое главное, кто станет жертвой во всем этом хаосе событий. Вариантов много. Даже слишком.

Вивиен

Я долго ломала голову, думая над тем, где состоится наше с Валерианом первое свидание. Даже интересовалась у него, намекнув на то, что мне нужно надеть подходящую одежду. Но он не дал мне точного ответа. Только сказал, что наряжаться нет необходимости, и я решала послушать его. Отказалась от платьев и юбок. Выбрала бордовый комбинезон на бретельках и розовую водолазку под него. Пуховик и шапка дополнили повседневный образ.

— Куда мы едем? — спрашиваю я, сев в спорткар и внимательно взглянув на мужчину. Он тоже не стал наряжаться и надел обычный спортивный костюм.

— Увидишь, когда приедем, — ровным тоном отвечает Власов, выезжая на главную дорогу.

— А тебе не сложно водить? — Я поудобнее устраиваюсь на пассажирском сидении, в котором почти тону, и смотрю на дорогу.

— Нет. Почему мне должно быть сложно?

— Потому что на улице много людей.

— Я часто езжу в ночное время. Их лиц не особо видно. В любом случае я стараюсь избегать прямого контакта. Смотрю только на фигуру человека.

— На фигуру, говоришь? — Я задумываюсь над тем, сколько женских силуэтов Власов успел разглядеть. Наверняка там были очень эффектные формы, которые его глаз успел оценить.

Стоп! Я что, уже ревную его? Еще и мысленно обвиняю в том, в чем мужчина даже не виноват. Ненормальная.

— Да, — отвечает Валериан, словно в подтверждение моим словам. — Тебя это расстраивает?

— Нет! — резко говорю. — Конечно, нет.

Валериан останавливается на светофоре и переключает свое внимание на меня. Смотрит прямо в глаза, словно пытается что-то для себя понять или прочитать мои мысли.

— Не сравнивай черно-белое кино и радугу, Виви. — Его взгляд падает на людей, переходящих дорогу. — Это — черно-белое кино, которое я вижу всю свою жизнь. Надеюсь, мне не надо объяснять, где сейчас моя радуга?