Мы до сих пор не нашли ублюдка, организовавшего Лудус. Еще неизвестно, какие именно цели он преследует, что еще предпримет. И у нас нет никакого представления о том, кто это может быть.

— Спасибо. — Вивиен поднимается со своего места и садится на мои колени. Я обнимаю её и, накрыв ладонью живот, целую в висок. Чувствую толчки детей, которые действуют на меня словно удар тока. Физические и эмоциональные ощущения объединяются и превращаются в молнию. Я фокусирую на ней свое внимание, пока она бьет по сердцу.

Виви улыбается и накрывает мою ладонь своей.

— Я хотела поговорить с тобой, — взволнованно произносит она, заправляя за ухо выбившуюся прядь волос.

— Я тебя слушаю.

— Вчера я зашла в твою комнату, чтобы забрать вещи и разместить в нашей спальне. Мне на глаза попались два дневника. Я не стала их открывать, — сразу говорит конфетка, будто сделала бы что-то запретное, прочитав их. — Просто вспомнила кое-что и у меня появились вопросы.

— Задавай. — Я откидываюсь на спинку кресла и глажу её по пояснице. Уже знаю, о чем ей хочется спросить, но все равно жду.

— Один из них принадлежит твоей маме? — Взгляд Виви встречается с моим, и я улавливаю в нем тревогу, страх.

— Да, — отвечаю, продолжаю поглаживать ее, чтобы она успокоилась. Нет ничего плохого в том, что ей интересно узнать все, что касается меня. — Ты знаешь Аву?

— Знаю. Видела в новостях. Мне казалось, что она твоя мама.

— Она мать моих братьев, но не моя. Меня родила другая женщина. Моя мать — Родочинская Валериана. Игнат изменил Аве с ней.

Вивиен удивленно вскидывает брови, а затем хмурится:

— Знакомая фамилия. Только не могу вспомнить, где её слышала.

— Родочинские управляли городом до Власовых.

— Точно! Я читала об этом.

— Власовы убили Родочинских, но Валерию ждала другая участь. Её отдали в публичный дом, где она и росла. Встретив моего отца, ей захотелось отомстить. Она переспала с Игнатом и забеременела от него мной. Хотела сделать меня оружием в своих руках, но не смогла.

— Почему? — голос Виви становится тихим, как журчание ручья.

— Валерия полюбила меня и передумала. Но долго не прожила. Заболела раком и умерла, а меня отдала Игнату.

Вивиен часто хлопает глазами, в которых полно сожаления. Она словно пытается подобрать слова, но не может, и, поддавшись вперед, крепко обнимает меня.

— Я еще не читал её дневник, — признаюсь ей.

— Почему? — Виви отстраняется и непонимающе смотрит мне в глаза.

— Боюсь, что это вызовет отрицательные эмоции, и я вновь потеряю память.

Не знаю, когда ждать следующего приступа, но не хочу лишний раз рисковать.

— У меня есть к тебе просьба, маленькая нимфа. — Я обхватываю ее лицо ладонями и смотрю в глаза. — Когда у меня случится следующий приступ, не подходи ко мне. Держись подальше от меня. А после рождения детей, не позволяй им находиться рядом со мной. Всегда помни, что в те моменты я чужой для вас человек.

— Но… что если ты забудешь нас навсегда? — Ее губы начинают дрожать.

Убей меня. Просто убей. Пусти чертову пулю в мое мертвое сердце.

Именно этот ответ крутится в моей голове. Но я знаю, что она не сделает этого. Она не способна навредить мне.

— Я не смогу не подходить к тебе. — Виви сжимает мою футболку на груди. — Не смогу. — Кладет голову мне на плечо и прячет лицо в изгибе шеи.

— Виви… — Я запрокидываю голову назад и прикрываю глаза.

Только мне известно, как сильно я не хочу её забывать. Знаю, как жестоко мое равнодушие. Знаю, что оно будет причинять ей боль. Мне не стоило с самого начала сближаться с Вивиен. Но, блять, я такой слабак. Такой, сука, слабак. Не смог взять под контроль свою одержимость ею. Я еще тогда обрек её на страдания. Проклятье…

— Выходи за меня замуж, — шепчу хриплым голосом, окончательно приковывая её к себе. Вот такой я ублюдок.

— Что? — Виви отстраняется и удивленно смотрит на меня.

— Выходи за меня, конфетка. — Я достаю из кармана штанов кольцо, сделанное на заказ. Что-то подтолкнуло меня приобрести его. Монстр, желающий завладеть ангелом, которого он не заслуживает. Чертов монстр, что будет тянуть её в ад.

Взгляд Вивиен падает на кольцо, с большим черным бриллиантом и гравировкой с внутренней стороны. Но её можно заметить, только если приглядеться, а я не даю ей такой возможности.

Кольцо оказывается на пальце Виви прежде, чем она успевает ответить мне. Потому что я не даю выбора.

— Завтра мы распишемся, — сообщаю ей. — Свадьбу сыграем до рождения детей.

— Хорошо, — со слезами на глазах шепчет она. Ее ладонь ложится на мою щеку. И мне больно. Мне очень больно. Я страдаю так, словно с минуты на минуту меня заберет смерть.

Какая же ты невезучая, маленькая нимфа. Какая же ты невезучая.

— Не надо. — Я вытираю дорожки слез с её щек. — Улыбнись мне.

Уголки её губ дрожат в попытке улыбнуться.

— Еще немного, — прошу я.