– Ах ты, хитрый индеец!– Я весело бросилась ему в объятия, и Вик зловеще расхохотался, сграбастывая меня обеими руками.

– Да-да, я такой, ты, белая переселенка! Бойся меня!– в шутку прорычал он и сбил шляпу у меня с головы, подхватывая под бедра на руки. Пискнув, я принялась вполне серьезно колотить по его макушке рукой, надеясь, что он не упадет на песок с косогора…

Сбоку послышалось еще одно покашливание, и мы застыли, прекратив дурачества. Не оборачиваясь, Вик холодно сказал:

– Я куплю вам лекарство от кашля, только перестаньте это делать или оставьте нас в покое.

– Только не говори, что женатыми Каллигены останутся такими же дураками, как и Крейны,– со скепсисом произнесла Рашель.

Я мигом вывернулась у Вика из рук и крепко обняла ее, уткнувшись в гладкие рыжие волосы, выпрямленные и скрепленные гелем в элегантную прическу.

Рашель красовалась в мерцающем серебристом платье ниже колен: этот цвет по малопонятной мне причине выбрало сразу несколько наших гостий, однако наш общий с Виком восторг вызвал отнюдь не ее наряд. Платье по фигуре обтягивало ставший заметным животик, не слишком большой, но уже уверенно намекающий, что она беременна.

– О боже.– Вик расплылся в улыбке и подошел к Рашель, бережно обняв ее.– Какой малютка!

– Перестань, перехвалишь,– с укором сказала она и хлопнула его по спине, пока Вик, в три погибели согнувшись, нежно обнимал свою неродную тетю.

– Скажи, кто там,– промурлыкал он,– и я тебя отпущу.

– Ты точно дурак, весь в дядюшек!– искренно резюмировала Рашель, но глаза ее сияли. Она погладила моего жениха по затылку и широко улыбнулась, но уже мне.– Мальчишка.

– Господь с тобой! У меня племянник будет!

– Внучатый, Шикоба!– поправил его Теодор. Он спустился по склону к Рашель и отодвинул Вика в сторону.– Он тебя тут не замучил, дорогая?

– Засюсюкал вусмерть,– кивнула Рашель.– Уже мечтаю, чтобы вы его съели.

– Он невкусный,– поморщился Теодор.

– Слишком жилистый и мышцастый,– подтвердил Адам, неожиданно явившись со стороны леса.– Это как беговую лошадь есть.

– Нет,– качнул головой Тео.– Как пуму.

– Пумы ужасно противные. Воняют мокрой кошкой.

– Так,– Вик выставил ладони вперед, хмыкнув,– вы сейчас договоритесь, и вас съем уже я.

У нас была веселая свадьба. Дафна и Тэм побежали фотографироваться. Мама разговаривала с родственницами, с которыми давно не виделась. Им явно было что обсудить. Пока что я не решалась поговорить с ней наедине, да и она явно не горела желанием, но выглядела вполне радостной. Вик не отходил от меня далеко и с довольной ухмылкой наблюдал за всем, сунув руки в карманы брюк. Похоже, впервые в жизни он оказался в центре внимания и просто не знал, что с этим делать. Гости то и дело подходили к нам с поздравлениями: кто обнимал, кто жал руки, и все в основном делали денежные подарки. Это было весьма кстати. Кроме друзей Вика и дядюшек, а также наших общих знакомых, его гостей не было – сплошь мои родственники. Они все без исключения – кроме дяди Сэма – косились на Вика или же пристально разглядывали его. Чувствовалось, обсуждают, что Лесли Клайд выскочила замуж за какого-то индейца, но когда я почувствовала, что Вика эта обстановка напрягает, тут же крепко обняла его и, взяв за подбородок, твердо сказала:

– Выгоню любого к черту, кто тебя сегодня расстроит.

Он расплылся в такой довольной улыбке, что бесполезно было огорчать его, даже обозвав в лицо.

В этот момент меня отвлекла тетушка Роза и пара других родственничков. Подойдя поближе, они принялись вовсю расспрашивать о всякой ерунде, от банального «где же вы познакомились» до «намерена ли ты все-таки поступать в колледж в этом году?». С серьезным лицом я отвечала им, пока Вик вляпывался в новую историю.

Оказывается, на свадьбу только к празднованию прибыла, проигнорировав бракосочетание в церкви, моя бабушка Кристина – восемьдесят два года, стальной взгляд, твердая походка, крашенные в черный локоны и платоническая любовь к молодым кавалерам – и приняла Вика за обслугу, которой у нас в помине не было. Недовольно подозвав его, она велела подать ей бокал шампанского, а лучше – два, и канапе. Вик даже не смутился. Он сразу по облику дамы понял, кто это, явно вспомнив мои рассказы о ней. Метнувшись за тем и другим, он деловито принес ей поднос и придержал второй бокал, пока бабушка опрокинула в себя первый и закусила шампанское канапе.

Когда он вежливо спросил, как ей свадьба, бабушка Кристина возмутилась:

– Отвратительное действо.

– Согласен,– сдержанно кивнул Вик, стараясь подавить улыбку.

Бабушка мрачно кивнула и отвела в сторону тыльной стороной запястья кудрявый завиток.

– Это мне немногим за шестьдесят…

Вик хмыкнул.

– …а не моей внучке, но именно она выжила из ума настолько, чтобы выйти замуж за красного!

– Это никуда не годится,– покачал головой Вик, горестно вздыхая и подталкивая в руку бабуле второй бокал шампанского.– Но любовь, мэм, она творит еще и не такое.