А еще мне показалось, что толстые ветки как будто специально впивались в шкуру Дамира, а корни, приподнявшись от земли, опутывали лапы. Хотя, может, и не показалось. Духи леса вполне могли наказать оборотня за лань, которую он покалечил не ради пропитания и поддержания жизни, а в угоду мести. Именно поэтому ветви цеплялись за шкуры, корни путались под ногами, а земля будто проваливалась, образовывая умы да ухабы на его пути.

Алтай и его духи не прощает не уважения.

Медведь захрипел, бешено вращая глазами и силясь вырваться, но Руслан держал крепко. Их морды почти соприкасались. Глаза в глаза. Тяжелое дыхание смешивалось в едком запахе крови и ярости.

А потом Дамир неожиданно извернулся и махнул лапой, целясь вспороть брату живот. Лишь в последний момент отклонившись, Руслан отступил. Чем его противник и воспользовался, освободившись из захвата и снова бросаясь в атаку.

Но Руслан мощным броском опрокинул его на спину. Острые зубы впились в грудь Дамира, буквально пригвоздив того к земле и вызвав полный боли и ярости вопль.

В окружающем пространстве воцарилась оглушительная тишина.

Всего на мгновение, но этого было достаточно, чтобы сердце замерло, а потом забилось быстрее.

И картинка ожила, наполняясь звуками, ароматами, ощущениями.

Руслан медленно поднял лапу, по когтям которой капали крохотные капельки крови, готовясь нанести последний удар. И я прикусила губу, не зная, что делать.

С одной стороны, я ни капли не жалела Дамира. Он сам был виноват в том, что произошло. И вообще намеревался меня убить, подстроил все случившееся. А с другой… как будет чувствовать себя Руслан, убив собственного брата, пусть и сводного.

Он замер, глядя на поверженного Дамира, который лежал, тяжело дыша, с глазами, полными ненависти и… страха. Приглушенно зарычав, он мотнул мощной головой.

В этот момент откуда-то со стороны реки послышались отчетливые звуки, которые сложно было с чем-то перепутать.

— Лодки! Моторные лодки! — выкрикнула я, поднимаясь с колен.

Руслан отстранился, так и не нанеся последний удар.

— Ты пр-р-р-р-роиграл, — с трудом выговаривая каждый звук, произнес он. — Ух-ходи.

Дамиру не пришлось повторять дважды. Он с трудом поднялся на лапы и, прихрамывая, попятился назад. Бросил на брата полный ненависти взгляд и скрылся в зарослях, оставляя после себя лишь аромат обугленной шерсти и крови.

Звук моторов становился все громче. И только сейчас я осознала, что этот звук может принести нам не спасение, а очередные неприятности. Кергилов ведь действовал заодно с Дамиром. Вдруг он вернулся, чтобы добить меня?

Пока я думала, Руслан уже успел обернуться человеком. Абсолютно обнаженным человеком. И сейчас стоял, давая мне возможность оценить его телосложение и прочие… мужские качества. Сильно развитые мужские качества.

«Проклятие, Лана! Куда ты смотришь? Он же ранен!».

Руслан действительно был ранен. Плечо и бок покрывали жуткие порезы, из которых сочилась кровь.

«А я тут… глазами хлопаю!».

— Больно? — спросила я, бросаясь к нему, и едва не поскользнулась в грязи. — Ой!

Все-таки в носках бегать по влажному после дождя лесу — плохая идея.

— Терпимо, — криво усмехнулся он.

А я покраснела. От макушки до самых пяток. И как не краснеть, когда стоишь рядом с абсолютно голым и очень привлекательным оборотнем?

— Кхм, — пробормотала я и принялась стаскивать с себя толстовку. — Держи.

— Предлагаешь мне приложить это к ранам? — поинтересовался Руслан. — А не жалко? Испорчу же. А на мне все быстро заживает. Как на медведе.

Он еще и шутить пытался!

— Предлагаю тебе прикрыться, — любезно подсказала я. — А рану мы дома обработаем. Если… неожиданные гости не помешают. Как ты думаешь, это Кергилов или прихвостни твоего брата?

— Нет. Это свои. Я тебя что, смущаю, Лана?

Мне показалось или его голос стал звучать немного мягче? И еще в нем явно появились урчащие нотки.

— Нет. Боюсь, что ты заболеешь.

— Оборотни менее восприимчивы к холоду, и ты покраснела, — с улыбкой заметил он, наслаждаясь моим смущением.

— А ты истекаешь кровью. И, кажется, я слышу голоса. Думаю, нам стоит спуститься к дому и встретить гостей.

Руслан пощадил мою нервную систему и все-таки взял толстовку, повесил ее на бедра, а рукава завязал узлом сбоку. Сейчас он так сильно напоминал Тарзана, что я невольно хмыкнула. И тут же получила насмешливый взгляд.

— Не нравится? — мягко спросил он. — Могу снять.

И действительно потянулся к рукавам.

— Нет-нет, тебе идет, — поспешно заверила я.

Когда мы вышли к дому, оказалось, что народу прибыло много. Настолько, что я даже не смогла всех сосчитать. Ни сразу, ни потом. Это были огромные, мрачные типы в дорогих черных костюмах и солнцезащитных очках. Один в один люди в черном.