— Конечно, найдет. В Париже каждый день кто-нибудь угорает, а у Мореля есть приятели во всех покойницких города. Да он бы не поехал никуда, когда бы думал, что моя идея безнадежна. Все будет хорошо, Александрин, верь ему.

Она нерешительно поерзала в кресле, а потом все же спросила:

— Куда ты отправишься?

— Не знаю, — честно ответил он. — Но даже если бы знал, я не имел бы права тебе этого сказать. Слишком велик соблазн начать меня разыскивать. А я хочу, чтобы ты жила долго-долго, обеспеченной, свободной и спокойной жизнью, потому что ты этого заслуживаешь.

— Тебе совсем не страшно? — спросила она, помолчав.

— Нет. Меня ведет сердце. А когда тебя ведет сердце — тебе перестает быть страшно.

— И что же говорит тебе сердце?

Он долго смотрел ей в глаза, а потом улыбнулся:

— Я просто буду жить дальше.