- Не вертись, - жалуется он.

- Носок.

- Оставь его.

- О, ты извращенец. Заниматься сексом в одном носке? Я не сторонник стыдить людей за их предпочтения, но это, пожалуй, уже слишком.

- Просто поторопись. - Блейк отступает на шаг и берет свой член в руку, а о носке внезапно забывает.

- Припасы? - спрашиваю я.

- В моей сумке.

Я роюсь в поисках смазки и презервативов.

Доставая коробку, краем глаза замечаю какое-то движение.

Блейк нервно переминается с ноги на ногу.

- Я, э-э, не был уверен насчет них. Понадобятся ли они нам, э-э, или мы их используем. Или, в общем-то, просто…

- Мы должны их использовать. Не знаю, как долго Бен изменял мне, и в последнее время я не сдавал анализы.

- Ладно.

Я встаю и подхожу к нему.

- Ты наклонишь меня над этим диваном и будешь смотреть на город, пока трахаешь меня.

Уголки его губ приподнимаются.

- Мило, что ты думаешь, будто я буду смотреть на что угодно, только не на тебя.

Хочется сказать ему, чтобы он завязывал со сладкими речами, но я зависим от них. Поэтому я затыкаю рот нам обоим, целуя его и надеясь, что не выболтаю того, что творится у меня в голове.

Блейк берет инициативу в свои руки, облизывая мой рот и вслепую дотрагиваясь до принадлежностей в моей руке. Ощущаемая мной легкая нервозность полностью исчезла, когда он прижался ко мне всем телом. Он покачивает бедрами, прижимаясь ко мне, пока не начинает дрожать.

- Почему быть с тобой настолько приятно? - спрашивает он, затаив дыхание.

Мне хочется рассмеяться, правда, но это вопрос, который я слышал много раз.

- Я новенький и блестящий. Это пройдет.

- Дело не в этом.

Могу заверить его, что в этом. Я пытаюсь поцеловать его снова, но он отстраняется.

- Ты не заставляешь меня чувствовать себя знаменитым. Ты не заставляешь меня притворяться кем-то другим, чтобы привлечь внимание, которого я жажду. Это как... - Он поджимает губы, словно не может подобрать слова.

- Как что?

Даже если я считаю это чушью. Даже если думаю, что его чувства временные - какая-то иллюзия, движимая похотью, того, как выглядели бы настоящие отношения со мной, - я хочу это услышать.

- Думаю, поверхностность этого города сделала нас обоих настороженными и неспособными никому доверять или полностью отдаться кому-либо. Но с тобой я могу быть настоящим Блейком, у меня нет этого ни с кем другим. Может, в некоторой степени, у меня это есть с парнями из «Одиннадцать», но… я не совсем вписываюсь в их компанию. В какой-то степени, да, но не совсем. Харли и Райдер всегда были близки из-за своей гомосексуальности. Мейсон и Денвер были лучшими друзьями. Мы все близки, но я в основном был сам по себе. С тобой… чувствуешь себя… как дома.

Это самые романтичные слова, которые мне когда-либо говорили, но я не могу сказать об этом вслух.

- Чувак, тебе не обязательно так сильно стараться. Я уже сказал, что пересплю с тобой.

- Ладно, можешь мне не верить. Я просто… хотел, чтобы ты знал, что это кое-что значит для меня. Ты кое-что значишь. Больше, чем то, что мы собираемся сделать, больше, чем то, что мы уже сделали.

Дыхание перехватывает от эмоций, которые не хочу показывать, но я также понимаю, что он, скорее всего, говорит о дружбе, а не о чем-то физическом или более глубоком.

- Дружба сама по себе помогает, - говорю я. - Помогает и то, что ты мне искренне нравишься.

Потрясающая улыбка Блейка практически озаряет все его лицо, и сейчас она кажется слишком настоящей.

- Хотя, впервые встретив тебя в том клубе, где вы были с Денвером и Мейсоном, я подумал, что вы все говнюки. Приятно осознавать, что даже самые знаменитые люди Голливуда не полные засранцы.

Блейк качает головой.

- Ты реально не способен сказать ничего хорошего без доли сарказма, да?

Да. Потому что настоящие эмоции делают меня слишком уязвимым, и я это ненавижу.

- Прости, - говорит Блейк. - Я взял и сделал все странным.

- Не то чтобы странным. Просто я… я ни с кем об этом не говорю. Я не отношусь к этому серьезно.

Он наклоняется, проводит носом по моей щеке и понижает голос.

- Может, стоило бы. Это может открыть тебе возможности, о которых ты никогда не задумывался.

- Какие, например?

- Например, вместо того, чтобы думать, что все временно, может быть, ты поймешь, что некоторые люди - навсегда.

Я закрываю глаза и впитываю его целиком. Его слова. Его присутствие. Уверенность, с которой он держится, хотя должен быть совсем не уверен в себе. Еще подростком я понял, что гей, но все равно потребовались годы самоанализа, чтобы осознать это.