Авроре можно отдать должное, она не теряла надежды сделать меня своим «мужем». Сама идея иметь в своей власти дракона-некроманта заводила ее сильнее афродизиака. При этом никакой симпатии, не говоря уже о любви и влечении, ко мне не испытывала. Стать игрушкой в караване ее любовников не входило в мои планы на ближайшие тысячи лет.

- Мудро она поступила, заточив меня в камеру, - рассуждал я, открывая дверь и выглядывая наружу. – Если бы как в прошлый раз, притащила к себе в спальню, то я бы уже направлялся домой. Куда собственно я сейчас и пойду.

Аврора, конечно, не поскупилась на спецэффекты. Мрачные и грязные подвалы замка казались зловещими при тусклом свете факелов, прикрепленных к стенам через определенные промежутки времени. Воздух сырой и тяжелый, наполненный пылью и запахом плесени. Стены в пятнах влаги и мха, что придавало им еще более мрачный и грязный вид. Здесь и там виднелись следы крыс и других мелких грызунов. Деревянные полы прогнили и прогибались под ногами, угрожая обрушиться в любой момент. В углах скопились горы мусора и грязи, покрытые паутиной и пылью.

- Устрою себе такое же для приема особо навязчивых гостей, - решил я, проходя мимо ржавых железных клеток, которые должны были меня напугать, но лишь привели в лютый восторг. Я однозначно хочу такое себе… для Авроры, когда она явится.

Наконец, я нашел лестницу, ведущую наверх. Поднявшись по ней, оказался перед дверью, которая вела наружу. Толкнул и вышел, щурясь от солнечного света.

- Мой дорогой Кристиан, я уже заждалась.

От ее голоса меня затошнило и появилось желание, снова оказаться в подземелье.

- Аврора.

- Выглядишь немного нездоровым, - в ее голосе появился интерес.

- Зачем весь этот спектакль? – спросил я, поворачиваясь к ней и еле сдерживая усмешку. Драконница была верна себе. Встречала меня сидя на золотом троне в ярко-красных одеждах. Настолько откровенных, что даже Саби частично укрытая одеялом была целомудреннее Авроры. – Другие драконы вымерли?

- Как всегда обаятелен, - девушка, поднялась с трона и направилась ко мне. Мой дракон начал злиться и выпустил предупреждающе рожки.

- Он все еще меня на меня обижен, - сказала она и наклонилась, чтобы поцеловать меня.

- Обойдемся без этого, - сказал я, глядя в желтые глаза девушки. – Я ухожу.

Я развернулся и направился прочь, вспоминая, сколько ступенек, придется преодолеть, пока окажусь внизу.

- Кристиан, постой! Прости, что так вышло. У меня к тебе дело… как к некроманту.

А вот это что-то новенькое. Я остановился.

- У тебя, что покойники по горе бродят? – спросил я.

- Бродят, - тихо ответила она. – Уже восьмерых нашли, но они никак не хотят умирать. Мой огонь не действует, вот и вспомнила про тебя.

- Отправила бы официальный запрос правителю, - сказал я, поворачиваясь к ней. Драконница сжимала губы, всем видом показывая, что этот вариант не приемлем. – Показывай своих ходоков. Посмотрим, что их разбудило.

Лицо Авроры просветлело и она, походкой соблазнительницы, направилась ко мне. Все-таки красива чертовка. Черные волосы, золотые глаза, смуглая кожа, а от фигуры голова идет кругом. Признаюсь, я хотел ее давно, но меня всегда останавливало ее желание сделать из меня марионетку. Поэтому сейчас я отвел взгляд и торопливо пошел вперед, чтобы скрыть свое нарастающее возбуждение.

- Как давно они очнулись? – спросил я, когда молчание стало невыносим. Я буквально кожей чувствовал ее взгляд.

- Неделю назад, - ответила Аврора.

- Пострадавшие есть? – черт как же я хочу ее.

- Отделались испугом.

Мы прошли первый пролет и оказались возле небольшой увитой беседки. А дальше я и сам не понял, кто кого первый в нее затащил.

- Опять соврала мне? – спросил я, сидя на мягкой скамье и прижимая ее к себе. Драконница в ответ лишь что-то мурлыкнула и ее рука потянулась к штанам. От осознания, что сейчас произойдет у меня совсем поехала крыша. Жар моего тела красноречиво говорил за себя, и Аврора этим умело воспользовалась.

- Не врала, - выдохнула она мне в губы и тут же впилась поцелуем.

Нижняя одежда была снята и отброшена в сторону, мы оба будто сошли с ума в обрушившейся на нас страсти. Были забыты все недоразумения, имели значение только наши тела, что так жадно сплетались в единое целое. Движение, жар, нарастающая эйфория и осознание того, что томительное желание долгих лет сбылось.