правильно.Пожар не уважает титулы.Он уважает руки.В какой-то момент крыша центрального прохода застонала.Нильс закричал:— Назад!Лада обернулась.Внутри ещё оставались мешки.Много.Слишком много.И Кайран.Он был у дальней балки.Один.Нет, не один — с Хродом.Но Хрод уже отступал, таща раненого рабочего.Кайран задержался.Потому что увидел мальчишку.Йорн.Тот поскользнулся у стены, уронил мешок и не мог подняться.Огонь шёл по балке над ним.— Кайран!Он бросился к мальчишке.Разумеется.Проклятый благородный северный идиот.Лада побежала к входу.Хельга перехватила её поперёк.— Куда?!— Пусти!— Сдурела?!— Там Кайран!— Он большой!— И горючий!Хельга удержала её с такой силой, что Лада чуть не задохнулась.Кайран подхватил Йорна.Бросил его буквально в руки Хроду.И в этот момент балка рухнула.Лада перестала слышать.Просто перестала.Мир стал белым.Не от дыма.От ужаса.— Кайран!Она не помнила, как вырвалась.Не помнила, кто кричал.Не помнила, как оказалась у входа.Но вдруг сквозь дым из бокового пролома вышел он.Кашляя.В саже.С прожжённым рукавом.С кровью на плече.Живой.Лада ударила его кулаком в грудь.Сразу.Изо всех сил.— Ты!Ещё раз.— Невыносимый!Ещё.— Самоубийственный!Кайран поймал её руки.— Лада...— Не смей меня успокаивать!— Я жив.— Это не твоя заслуга, а временная милость небес!Хрод рядом согнулся пополам от кашля и смеха одновременно.Хельга перекрестилась по местному обычаю и сказала:— Ну теперь точно муж и жена.Лада повернулась к ней:— Не сейчас!Кайран вдруг притянул её к себе.Крепко.Так крепко, что она почувствовала, как он дрожит.Не она.Он.Совсем чуть-чуть.Почти незаметно.Но дрожал.— Я жив, — повторил он ей в волосы. — Я здесь.Лада закрыла глаза.И впервые за всю эту новую жизнь позволила себе не ответить сарказмом.Просто вцепилась в него.Сильно.До боли.— Не делай так больше, — сказала она тихо.— Не могу обещать.Она отстранилась и посмотрела на него с такой яростью, что он почти улыбнулся.— Тогда хотя бы предупреждай, когда собираешься быть героем. Я буду стоять рядом и бить тебя заранее.— Согласен.— Ты сейчас соглашаешься, потому что надышался дымом.— Возможно.— Ненавижу это слово.— Знаю.Пожар удалось остановить через час.Склад не спасли полностью.Но зерно — большую часть — да.Мокрое отделили.Сухое перевезли.Подозрительные мешки отправили под навес.Хельга уже составляла план просушки так, будто это был не пожар, а особенно раздражающая кухонная неприятность.Вельмара не поймали.Пока.Но нашли его плащ у задней тропы.И кровь на снегу.Значит, ранен.Значит, далеко не уйдёт.Когда дым начал рассеиваться, Лада вдруг почувствовала, что ноги не держат.Совсем.Кайран заметил.Конечно.Подошёл.— Всё.— Что всё?— Ты едешь в замок.— Нет.— Да.— Я должна проверить мешки.— Хельга проверит.— Я должна...— Лада.Он сказал её имя так, что она замолчала.Редкое явление.Даже для неё.— Ты едешь со мной.— А если я откажусь?— Унесу.Она посмотрела на него.На сажу на лице.На кровь.На обгоревший рукав.На глаза, в которых после пожара осталось слишком много страха.Не за себя.За неё.— Хорошо, — сказала она.Он моргнул.— Что?— Хорошо.— Ты согласилась?— Не порть момент.Хрод, проходя мимо, пробормотал:— Запишите где-нибудь. Исторический день.Лада указала на него пальцем:— Я тебя слышу.— Я и рассчитывал.В замок они вернулись молча.Не потому что нечего было сказать.Потому что слов было слишком много, и все они мешали.Кайран сам отвёл её в их комнаты.Не к лекарю.Не в зал.Не в кабинет.В комнаты.Закрыл дверь.Поставил засов.Лада услышала этот звук.Тихий.Окончательный.Повернулась.— Кайран...Он стоял у двери.Весь в саже.С кровью на повязке.С глазами человека, который пережил слишком много за одну ночь и больше не собирается притворяться спокойным.— Я чуть не потерял тебя в соляных тоннелях, — сказал он.Лада замерла.— Потом в башне.Он шагнул к ней.— Потом у склада.— Ты сам чуть не сгорел.— Знаю.— И это тебя не смущает?— Меня смущает другое.— Что?Он подошёл вплотную.— Что я больше не могу делать вид, будто могу ждать.Сердце ударило так сильно, что стало больно.Лада подняла голову.— А кто просил делать вид?Кайран посмотрел на неё.Долго.Тяжело.Потом медленно снял перчатки.Одну.Вторую.Бросил на стол.— Скажи сейчас, если не хочешь.Она вдохнула.В комнате пахло дымом, кровью, солью, мокрой шерстью и им.Её северным лордом.Её мужем.Мужчиной, который слишком часто закрывал её собой, слишком редко говорил нежно и слишком поздно понял, что она уже не собирается уходить.— Я хочу, — сказала Лада.Просто.Без шутки.Без защиты.Без привычного щита.Он закрыл глаза.На секунду.Будто это слово ударило сильнее всего, что случилось за ночь.Потом шагнул к ней.И на этот раз между ними не было ни расследования, ни Хрода с вечными комментариями, ни горящих складов, ни семейных ядов, ни северного ветра.Только он.Она.И решение.Кайран целовал её так, будто возвращался домой после долгой войны.А Лада вдруг поняла, что больше не хочет быть женщиной, которая всё переживает одна.Не сегодня.Не с ним.Он осторожно коснулся её лица, будто проверял, не исчезнет ли она, если держать слишком крепко.Лада усмехнулась прямо ему в губы.— Если сейчас начнёшь беречь меня как фарфоровую чашку, я тебя укушу.Он тихо рассмеялся.— Северные женщины обычно не предупреждают.— Я не северная.— Уже почти.— Наглый.— Твой.Вот это слово добило её окончательно.Твой.Она сама потянулась к нему.Без страха.Без отступления.И когда он поднял её на руки, она не стала спорить.Только обняла за шею и прошептала:— Если уронишь, развод.— У нас нет развода.— Тогда буду мстить в браке.— Подходит.Он донёс её до постели.За окнами медленно поднимались две луны, и северное сияние снова распускалось над Ардейном зелёным светом.Но Лада уже не смотрела на небо.Её мир сузился до горячих рук, хриплого дыхания, тяжёлого сердца у своей ладони и странного, почти невозможного счастья: быть не украденной судьбой, не выброшенной в чужую жизнь, не одинокой душой в чужом теле, а женщиной, которую держат так, будто она — не случайность.А выбор.Позже она не смогла бы сказать, когда именно за окнами начался снег.Когда догорел камин.Когда ветер ударил в ставни.Когда боль прошедшей жизни окончательно отступила, оставив место живому теплу.Она помнила другое.Как Кайран шептал её имя.Как его ладонь накрывала её пальцы.Как он останавливался каждый раз, когда она задерживала дыхание.Как она сама тянула его ближе, потому что больше не хотела осторожности.Как северная ночь стала не холодной, а бесконечно горячей.И как в какой-то момент она вдруг поняла: вот теперь она действительно осталась.Не потому что некуда идти.А потому что выбрала.Утром их разбудил не стук в дверь.Не тревожный колокол.Не пожар.Не крики.Только тихий зимний свет.И запах дыма от камина.Лада открыла глаза и несколько секунд лежала неподвижно.Кайран спал рядом.Одна рука тяжело лежала у неё на талии, будто даже во сне он не собирался выпускать её из своего мира.Она осторожно повернула голову.На его лице исчезла обычная жёсткость.Во сне он выглядел моложе.Уязвимее.И всё равно невыносимо красивым.Лада тихо вздохнула.— Вот же проблема.Он не открывая глаз сказал:— Какая?— Ты не спишь?— Нет.— Подлый человек.— Северный.— Это всё ещё не оправдание.Он притянул её ближе.— Уже утро?— Кажется.— Значит, мир не рухнул.— Не обольщайся. Возможно, просто ждёт, пока мы встанем.Он усмехнулся.Губы коснулись её виска.Очень легко.Совсем не так, как ночью.И от этой нежности ей стало опаснее, чем от страсти.Потому что страсть можно списать на тело.А нежность — уже нет.— Лада.— М-м?— Я люблю тебя.Она закрыла глаза.Вот так.Без подготовки.Без красивого рассвета на балконе.Без торжественной музыки.В постели, после дыма, крови, пожара и ночи, которая изменила всё.Очень в его стиле.— Ты вообще умеешь предупреждать перед ударом? — спросила она хрипло.— Нет.— Заметно.Он молчал.Не требовал ответа.И от этого стало ещё труднее.Лада повернулась к нему лицом.Положила ладонь ему на грудь.Там билось сердце.Сильное.Живое.Её.Почти.— Я не умею красиво, — сказала она.— Знаю.— И быстро не умею.— Лжёшь.Она фыркнула.— Сейчас укушу.— Потом.— Наглый.— Твой.Она долго смотрела на него.Потом тихо сказала:— Я тоже.Он замер.— Что?— Не заставляй меня повторять. У нас и так трудное утро.Кайран вдруг улыбнулся.Так, что у неё внутри всё перевернулось.И в эту секунду Лада поняла: да, всё.Поздно.Окончательно поздно.За дверью кто-то постучал.Они оба закрыли глаза.— Нет, — сказала Лада.Стук повторился.Осторожный.Но настойчивый.Кайран выдохнул:— Кто бы это ни был, я его казню.— Нельзя. У нас и так нехватка людей.— Тогда сошлю в сушильню.— Жестоко.За дверью послышался голос Бригты:— Миледи... милорд... простите...Лада приподнялась на локте.— Что?— Хрод просил передать... Вельмара нашли.Кайран сел мгновенно.Лада тоже.Сон, тепло, нежность — всё отступило.Не исчезло.Нет.Просто встало за спиной.Как сила.— Жив? — спросил Кайран.— Да, милорд.— Где?— У старого западного причала.Лада уже тянулась за платьем.Кайран посмотрел на неё.— Даже не думай спорить.— Я и не думала.— Правда?— Конечно. Я просто сразу иду.Он рассмеялся.Коротко.Хрипло.И очень живо.— Леди Северного Сияния.— Что?— Добро пожаловать в брак.Она бросила в него подушкой.Попала.И это стало лучшим началом дня из всех возможных.Но когда через полчаса они вошли в нижнюю караульню, смех закончился.Вельмар сидел на стуле.Связанный.Бледный.С перебинтованной ногой.На лице не осталось прежней мягкой уверенности.Только страх.Настоящий.Перед ним стоял Хрод.У стены — Торвальд.А на столе лежало то, что нашли при нём.Кошель с золотом.Пачка писем.Карта западного хода.И маленький медальон с прядью светлых детских волос.Сольвей вошла следом.Увидела медальон.И побелела.— Это моё, — прошептала она.Кайран повернулся к Вельмару.— Объясни.Управляющий поднял глаза.И впервые за всё время не попытался улыбнуться.— Если я расскажу, он убьёт меня.Лада посмотрела на него.— Арвик связан.Вельмар медленно покачал головой.— Не Арвик.В караульне стало тихо.Очень тихо.Лада почувствовала, как холод возвращается.Не тот, что снаружи.Другой.— Хриплый голос, — сказала она.Вельмар закрыл глаза.— Да.Кайран шагнул ближе.— Кто он?Вельмар открыл глаза.И посм