Каникулы в Раваншире, или Свадьбы не будет! Страница 74 из 106
Скорость
7
Главы
0%
Страница 74 из 106

В последних словах прозвучала лёгкая подколка, и было совершенно понятно, кому эта подколка адресована. Я взвесила в руке палитру, а сообразив, что судья направляется прямиком ко мне, ещё и кисточку на манер шпаги перехватила. Если продолжит ехидничать, ткну в глаз! Вот клянусь!

«Поросёнок» мою воинственность, конечно, заметил и даже руки в защитном жесте выставил.

– Малышка, не злись. Я же ничего не сделал!

Угу. Конечно.

– Айрин, если ты забыла, то напоминаю, – продолжил Осб. – Я – замечательный. Возможно, лучший мужчина из всех.

Теперь в голосе судьи прозвучала ирония, и это подкупило. Я невольно улыбнулась, правда, оружие не убрала.

Но Осберт не испугался – всё равно приблизился, чтобы глянуть на полотно и удивиться. Через несколько секунд, которые потребовались на осознание, прозвучало:

– Хм… А мне нравится. Я бы в столовой что-нибудь подобное разместил.

Реплика, с одной стороны, польстила, а с другой – заставила напрячься. Просто вспомнился разговор в галерее и высказанная Осбертом мысль. Ведь это именно он, судья, предложил «гениальный» план по предотвращению моего побега. Именно он хотел заказать портрет, а в качестве объекта подсунуть «самого терпеливого из всех». Старшенького. Идгарда.

Стоило вспомнить о маге, и я напряглась сильней. Спросила с подозрением:

– Ты зачем пришел?

– А вариант «просто так» не рассматривается? – парировал Осб.

Я глянула с подозрением, а он неуловимо посерьёзнел и добавил практически шепотом:

– Поговорить надо.

– О чём?

– О жизни и творчестве одной юной леди.

Тут Осберт опять иронизировал, но в интонациях прозвучало нечто такое, что я всё-таки подчинилась. Отложила инструменты, вытерла руки и, кивнув «поросёнку», направилась в дальнюю часть студии – к тем самым окнам, за которыми сейчас буйствовал снегопад.

А когда отошли на достаточное расстояние, едва не упала, потому что Осб заявил:

– Айрин, малышка, ты чудесная девушка и очень всем нам нравишься, но умоляю, прекрати заигрывать с Идгардом. Он, разумеется, достоин твоего внимания, только ему и так паршиво.

– Что? – ошарашенно выдохнула я.

Собеседник взялся повторить:

– Не заигрывай с ним. Не надо. Я понимаю, что Ид нравится, но и ты пойми…

Вот тут судья осёкся – просто гримаса, исказившая моё лицо, поводов для сомнений не оставляла. Следом пришло возмущение, и настолько сильное, что я крепко сжала кулаки и топнула ногой.

Удивительно, но в этот миг кое-кто всё же изволил включить соображалку и даже смутился немного.

– Хм… Хочешь сказать, что я ошибся? – спросил Осб. И прежде, чем успела кивнуть: – Айрин, не злись, но со стороны всё выглядит именно так.

Не злись? Именно так?!

– Эй, Айрин… – Судья опять руки в защитном жесте выставил и даже отступил на полшага. Я же искренне пожалела о том, что оставила палитру и кисточку. Они бы сейчас ой как пригодились!

– Ты… – практически прошипела я.

– Айрин, прости, – попробовал сгладить свинтус.

Но через миг не выдержал, и…

– Со стороны действительно видней, и то, какие взгляды ты на него кидаешь, как хлопаешь ресницами, наводит на вполне логичные подозрения.

А спустя ещё мгновение…

– Кстати, малышка, а ты знаешь, что убийство судьи – это пожизненная каторга? Даже на амнистию рассчитывать не придётся.

– Да неужели! – взвизгнула я.

Жаль, но, услышав слово «каторга», всё-таки протрезвела. Перестала шипеть и застыла, грозно сложив руки на груди.

Осберт смену настроения, разумеется, заметил и лучисто улыбнулся. Выдержал приличествующую моменту паузу, а потом шагнул навстречу и предложил:

– Помиримся?

– Опять?

Представитель благородного семейства резко насторожился, а меня… немного занесло. Просто эмоции зашкаливали, били прямо-таки фонтаном.

– Кстати, а что с тем обедом? – спросила в итоге. – Где шарики? Где купленные в Ширте цветы и чудесные заснеженные пейзажи?

– Хм, – отозвался Осб. – А откуда ты знаешь?

Я усмехнулась и парировала:

– Думаешь, шпионские навыки есть только у вашей семьи?

Вывод, к которому пришел собеседник, был настолько вопиющим, что во мне снова жажда убийства проснулась…

– Нет, ну ты точно нам подходишь, – заявил зараза. – Давай прекращай вздыхать по Идгарду и выходи за меня.

– Что?!

Увы, но я снова завелась, причём в долю секунды, с полоборота. А Осберт опять рассмеялся и, выдержав новую паузу, сказал:

– Малышка, полегче, это всего лишь шутка. Но всё-таки откуда тебе известно про обед?

– Не скажу! – грозно рявкнула я.

Потом подумала и поступила самым разумным образом – круто развернулась на каблуках и направилась обратно к мольберту. А преодолев добрую половину пути, вздрогнула и застыла. Просто Осб ответил, и голос его прозвучал вполне серьёзно…

А сказал он следующее:

– Нам Идгард запретил.