Протягиваю тестю руку, тот демонстративно засовывает руки в карманы. Хорошо, значит, беседа

будет не из приятных.

Прохожу на кухню, присаживаюсь за стол. Теща начинает суетиться у плиты: наливает чай в

большие кружки, нарезает лимон. Хлопает дверцей холодильника.

- Люда, не мельтеши! Дай нам нормально поговорить. Иди, к соседке сходи, своих Луисов

Альбертов обсудите, - тесть злится. На лбу испарина, язык немного заплетается, руки трясутся.

- Никуда не пойду. А то знаю вас, начнете разговаривать, а потом мордобой устроите, - вытирает

руки о передник.

Смотрю на все это, интересно, мы с Аленкой также со стороны выглядим?

- Тогда рот закрыла и молча сиди, - Николай Федорович цыкает на жену. Становится кокну по

выражению лица понимаю, что со мной сейчас за один стол он не сядет.

Людмила Петровна сжимает губы и пристраивается рядом со мной. Наливает мне чай.

- Ну и как ты докатился до жизни такой? - начинает тесть. - Как ты мог так с моей дочкой?

Вижу, как ему больно от этих слов.

- Я идиот. Запутался и наломал дров. Аленка не простит, наверное, - смотрю на свои пальцы. - Она

меня с поличным поймала.

Что-то я не вижу, чтобы ты пороги обивал, прощения просил! Или ты думаешь, может, что она

должна к тебе с поклоном подойти?

Да не знаю я, как Алене в глаза смотреть. Если она на развод подаст, я все пойму.

Николай Федорович поворачивается к окну, смотрит на улицу.

- Не подаст, - вмешивается теща. - Позлится немного, потом поговорите, и все у вас наладится.

Ребеночка вам надо. Чтобы и Аленка была занята, и у тебя на глупости времени не было.

- Конечно, дочке хомут на шею повесить, пока она кашками да какашками заниматься будет, Алекс новую кралю себе найдет. Люда, ну вот до чего же ты глупая женщина.

- Зато живет она, как у Бога за пазухой. Кофейней своей развлекается, что она деньги приносит в

семью? - Людмила Петровна смотрит на меня и ждет подтверждения своих слов.

Да, кофейня не приносит миллиардов, но содержать Алену, чтобы она ни в чем не нуждалась, очень даже может.

Тесть резко поворачивается. Лицо красное, губы искривлены в злости и брезгливости. Его редкие

волосы как будто приподнялись у корней. Он подскакивает к столу, резко бъет кулаком по

столешнице. Кружки подпрыгивают, через край переливается чай.

- Ты дочь продать решила, стерва? Сама всю жизнь в чужой карман заглядывала, а теперь Аленке

спокойно жить не даешь! Из-за тебя старость в долгах доживаем! Выйди отсюда, пока я тебя не

прибил. Это же надо, а?

Теща с недовольным лицом встает из-за стола. В раковине берет губку и вытирает лужи чая на

цветастой клеенке. Недовольно зыркает на мужа и выходит.

- А вот теперь давай поговорим! - тесть оживает, берет стул, ставит его напротив меня.

- Как мне Алену вернуть? Как мне вас о помощи просить? Я, правда, виноват, -смотрю тестю в

глаза и не верю, что я эти слова произношу вспух.

- Зазноба твоя постаралась, компромат-то быстро на тебя принесла. Мозгов у нее, видимо, как у

Людки моей. Только деньги перед глазами.

- Перебор, согласен. С Машкой все закончено, - буду говорить, все как есть. Не могу я без жены

остаться.

- Рассказывай все как есть, только не ври. Я брехню за версту чую.

Глава 17. Наломал дров

- Чуть больше двух месяцев я захаживаю к Маше. Приехал по поручению Алены и попал... -

говорю честно, раз уж решил.

- В сексуальное рабство? - тесть усмехается. - Не видел, чтобы ты страдал все это время.

Смотрю в пол. Какая-то сюрреалистическая история, я рассказываю о своих похождениях отцу

моей жены. Проглотить это хамство или начать разборки? Нет, без Николая Федоровичаа мне к

Алене путь отрезан. Делаю лицо безобидной овечки и молчу.

- Ну не в рабство, короче, начал я к ней похаживать. Главное, и с Аленой у нас все хорошо было, она ничем не обделена. Я люблю вашу дочь. Понимаете?