— Кхм-хм, — раздалось чуть поодаль — бдительная служанка подала голос, чтобы мы знали, что не одни.

— Не беспокойтесь, мадам, у меня нет дурных намерений, — усмехнувшись, жених отвесил ей поклон, заставив пожилую матрону вспыхнуть. — Можете занять вон ту очень удобную на вид скамейку, мы все время будем у вас на виду.

— Вы правы, милорд, так и сделаю, — она уселась и расправила складки халата.

— Пройдемся? — дракон предложил мне свой локоть.

Я приняла приглашение, и мы неторопливо зашагали по садовой дорожке.

— Могу ли спросить, Фабиана, поменялось ли ваше мнение относительно нашей свадьбы? — вдруг огорошил Драгодар, пристально глянув в мое лицо.

— Э-м, пока что не думала об этом, — попыталась увильнуть.

Всю неделю думала о Риардане, если честно. Де Мирдарьену оставалось так мало места в моих мыслях, что теперь было стыдно. А ведь дракон со всех сторон положительный. Красивый, умный, добрый, галантный. Богат, но не кичится этим. Уважает меня, умеет слушать, дарит хорошие подарки. Будет отличным отцом, сразу видно. Про де Дарка и половины такого сказать не могу. Но…

Каким бы идеальным не был кандидат в мужья, что толку, если к нему душа не лежит?

— Ваше сердце еще благоволит демону? — снова в лоб спросил дракон, думая, похоже, о том же.

— Мое сердце никто никогда не спрашивал, — сухо ответила, чувствуя, как внутри разливается горечь. — Я вынуждена подчиняться императорской воле, отцовской и затем мужней. Сами знаете.

— А если бы вам дали право самой решать свою судьбу, что бы вы сделали?

— Решили поговорить о сказках? — усмехнулась.

— Почему нет? — он мягко улыбнулся своей красивой улыбкой.

— Тогда предпочла бы устраивать гонки на ящерах, — призналась честно. — И помогать юнцам находить своих зверей — диких, не фермерских, обретать их дружбу.

— Не типично для девушки.

— Это уж точно. Но то была бы моя личная сказка.

Посмотрела в небо, тоскуя по полету — ночью он самый захватывающий. Однако мне положено лежать под одеялом в это время суток и мирно подхрапывать, как порядочной скучной барышне.

— Понимаю, — он кивнул. — К этому лежит ваше сердце. Клянусь, в случае, если оно все-таки отзовется на мой зов, я никогда не буду препятствовать вам в ваших занятиях.

— Спасибо, — удивленно посмотрела на него и подумала о том, что де Дарк никогда не спрашивал о том, чего бы мне хотелось от жизни.

Он вообще был совсем другим. Его интересовали собственные проблемы, а вовсе не я.

— Наша охранница уснула, — со смешком шепнул Драгодар.

Драконьи очи ярко просияли в сумраке. На мгновение показалось, что он притянет к себе и поцелует. Даже не знаю, стала бы возражать или нет. Пока размышляла, дракон коснулся тыльной стороны моей кисти мягкими губами и, попрощавшись, растворился в ночи.

А через секунду талию обхватили сильные руки и под уже знакомое рычание меня уронили в кусты!

Глава 44 Демон в кустах

Отбиваться от него было столь же бесполезно, как от жаждущего поцелуев и объятий тайфуна. Тут проще смириться и, прильнув, своровать у судьбы немного непозволительного бесстыжего счастья. Что я и сделала, растворившись в сладостном екании в животе, порожденном сдавленным рычанием, горячими ладонями, что успевали везде, и обжигающими поцелуями, что текли по губам, шее, раскрытому вороту халата…

— Отпусти! — спохватилась позже, зная, что из-под него не вылезти, как бы ни старалась — не отпустит, проглотит, если потребуется, впитает в себя так, что и следа не останется.

— Ни за что! — рыкнул властно, обнажив клыки в хмельной улыбке. — Так соскучился…

— Да уж, так скучал, что даже времени для маленького письмеца не нашел! — мстительно огрызнулась, упираясь руками в его грудь — горячую, ходящую ходуном, твердую.

— Что?! — демон почти подпрыгнул от возмущения. — Ты!.. Совесть где твоя? Я писал столько, что руку сводило! Или… — он нахмурился, раздумывая. — Понял, тебе просто не передали ни одного письма.

Я тоже нахмурилась. Знаю папеньку, он может. Только на первый кусь он белый и пушистый, даже мягкотелым может показаться, но под всей этой мягкостью он очень даже стальной. И может быть жестоким, если считает, что это необходимо и пойдет на благо. Переубеждать его абсолютно бесполезно, отец все равно останется при своем мнении — единственно верном.

— И сразу говорю, чтобы снова не быть обвиненным, — продолжил де Дарк, — в гости тоже приходил, и не единожды. Вот только твой суровый батюшка меня и на порог не пустил. Слуги разворачивали уже у ворот и отправляли восвояси. Днем патрулировали сад, будто у вас тут бриллиант размером с беседку хранится. Пришлось вот так, ночью, как вору к своей драгоценности пробираться!

Его глаза просияли.