Как-то не так я представлял себе мытье кота, пусть и дикого. Забрать его с дерева оказалось в общем-то далеко не самой сложной задачей. То, что нам придется прививаться с Геной от бешенства, поняли оба, не сговариваясь. К счастью, у меня царапин и у кусов оказалось гораздо меньше, а вот Гена напоминал что-то полосато-красное. Каюсь, в какой-то момент мне стал его жаль.
— После меня едешь в травмпункт. По-моему, в районе шеи такие царапины опасны. И там же привейся.
— А вы?
— Я завтра. Давай полотенце, я его зафиксирую пока.
— Аккуратнее, вы его своими лапами задушите. Кстати, хорошо, что кот с бубенчиками оказался, — подавая мне полотенце, с улыбкой выдает Гена.
— Я тебя прошу-заткнись.
— А новогодняя премия двести тысяч или триста?
— Если заткнешься-сто пятьдесят.
Вытереть кота толком не получилось. Во-первых, гаденыш все же вырвался, а оставаться с ним в запертой ванной было все же страшно. Во-вторых, от высушивания кота нас отвлек звонок в дверь.
— Приводи себя в порядок, я убежал.
Открываю дверь из ванной, кот-пулей вылетел и помчал не пойми куда, я в прихожую и тоже пулей. Секунду отдышался, распахнул дверь и уткнулся в взволнованную Лену.
— Сюрприз! — и только после восклицания Лены я вдруг осознал какой я дебил. Я мог просто не открыть дверь и сказать, что я срочно куда-то уехал. Придурок…
— Неожиданно, — единственное, что смог выдавить из себя я.
— Ты не гад, Вадим, ты козел! — а дальше стал неожиданным не мой идиотский поступок, а Ленин мощный, совершенно не соизмеримый с ее комплекцией, толчок в мою грудь.
— Лен, ты чего? — слышу позади себя взволнованный голос Вадима, а сама сканирую глазами квартиру.
Я совершенно не обращаю внимание на интерьер и прочее. Первое, что бросается в глаза-это лежанка для животных и… кот. Черный, мокрый кот в углу гостиной. Ну хоть в чем-то не соврал.
— Где твоя спальня, Вадим?
— Леночка, солнышко мое, я сейчас не в лучшей форме, чтобы пользоваться сожженой пипиркой. У меня был стресс.
— А ты обо что сейчас свою пипирку сжег?
— Алкоголь плохо на тебя влияет, зая. Ты мне ее подожгла прям по телефону вчера.
— Ты думаешь я конченая дура?
— Нет, — растеряно выдает он. — Что не так, я реально не понимаю?
— У тебя красная помада на воротнике!
— Это не то, что ты подумала. Это, наверное, кровь, — Вадим тут же поднимает руку к шее и начинает себя ощупывать. А я только сейчас замечаю на его руке царапины.
— Почему ты в крови и в царапинах? — пипец, может он реально маньяк. Ну попала…
— Дюшу мыл, а он не любит мыться. Вот боевые ранения, — как-то нервно улыбаясь произносит Вадим, теребя при этом волосы на затылке.
— Ясно, — сглатывая произношу я и ноги сами собой несут меня вглубь квартиры.
Свои действия я однозначно спишу на алкоголь, иначе у меня просто нет других объяснений. Я почти сразу попадаю в спальню Вадима и убедившись, что его кровать идеально заправлена-выдыхаю. Правда дальше меня несет к большому шкафу, и я рывком открываю дверцы.
— Лена, ты меня пугаешь.
— Я проверяю нравится ли мне… шкафовая вместимость.
— Шкафовая вместимость? Что ты несешь?
— Я имела в виду, вместимость шкафа. Хорошая вместимость, — провожу по одежде рукой, чтобы окончательно проверить, что там никто не прячется.
— Лена, алкоголь был паленый?
— Нет. Качественный, — захлопываю дверцы шкафа и перевожу взгляд на Вадима. — Я просто бабу у тебя ищу.
— Какую бабу?
— Не знаю какую. Любую, — на мой ответ Вадим начинает ухохатываться. Причем там громко, что это начинает давить мне на голову.
— Господи, так ты ревнуешь? Леночка, я сейчас однозначно кончил.
— А я нет. Что-то ты все-таки скрываешь…
— Ничего, радость моя. Ничего, — уверенно выдает Вадим, аккуратно прижимая меня к себе. И тут я понимаю, что в ванной льется вода.
Секунда, и я выворачиваюсь из объятий Вадима, и направляюсь на характерный звук. Сердце продолжает отбивать чечетку, но я уверенным движением открываю дверь в ванной. Я не знаю, что там ожидала увидеть, но точно не мужика в трусах и с джинсами в руках. Как только он меня узрел, тут же присел на бортик ванны, закинув ногу на ногу. И тут меня осенило-это мужик, который приносил мне кофе и вафли. Полуголый мужик… И Вадим странно себя ведет. Нет! Ну не может же быть, что они педики! Или может?
— Вы пе…пе…пе…, - перевожу взгляд с мужика на Вадима, указывая на обоих пальцем. Нет, не может быть! — Петрушкой пахнет, кажется, — наконец выдавливаю из себя я.
— Да, мы как раз резали петрушку недавно, — выдает недавний курьер вафель, натягивая на себя джемпер.