Откликается. Чувствую это четко. А потом вдруг отталкивает.

– Все, Демьян, все, – тормозит меня.

Приподнимаюсь над ней. Изучаю.

– Так и завтрака не будет, и на работу не соберусь, – говорит.

– Может к черту эту работу? – спрашиваю. – Отдохнуть тебе надо. Расслабиться.

Повисает пауза.

Изучаю Катю. Взгляд у нее сейчас такой, будто закрыться пытается. Хоть и не показывает напряжение, но все равно ощущаю это от нее. Не выходит у нее ничего скрыть. И по ходу она сама это понимает.

– Слушай, а может вместе рванем куда-нибудь? – предлагаю, наблюдая за тем как она на это отзывается. – Возьми отпуск. Поедем.

– Рано еще, – отвечает и плечом дергает. – Какой отпуск? Я же только начала работать. А потом… ну все равно же придется декрет брать.

Ладно. Похоже, опасается, что насчет офиса давить начну. Работать не разрешу. И по уму именно так и нужно сейчас сделать.

Какая блять на хрен работа?

Беременная она. Ей покой нужен. Равновесие. Никаких негативных эмоций. Никто ее дергать не должен. А у нас какую компанию не возьми – это тупо пиздец. Там не расслабиться. Эмоции такие, что ебануться можно.

Да я и сам ей нервы потрепал. Было всякое.

Ладно. Проехали.

Пока эту тему откладываю. Но уже знаю, что будем решать. Скоро. И да, в декрет ей нужно пораньше отправиться. Никому не позволю моей женщине нервы трепать.

– Ну все, – бормочет она. – Отпусти, Демьян.

– Зачем?

Опять губами к ее шее прижимаюсь. Щетиной прихожусь по нежной кожи. Тянет. Отлипнуть не удается. Но я и не пробую.

– Ой, щекотно, – смеется.

А потом в плечо ладонями упирается.

– Так, ну хватит, – говорит. – Ты слышишь? Прекращай. Ай, Демьян! Да что же ты… Мне в душ надо.

– Опять?

Отпускаю ее. Слегка. Только чтобы опять в глаза посмотреть.

– Конечно, – замечает. – Ты разве утром душ не принимаешь?

– Это я, – усмехаюсь и опять к ее шее прикладываюсь, поцелуями помечаю, осторожно цепляю кожу зубами, подразнивая. – А ты у меня ароматная. И пахнешь… прости, но пахнешь ты пиздец как охуительно. Так что нечего тебе это смывать.

Снова на нее взгляд бросаю.

Она прищуривается.

– Все, понял я, понял, – говорю. – Видишь?

Убираю руки. Перекатываюсь на спину. Отпускаю ее. Нехотя. Руками отпускаю, но не глазами. Взглядом продолжаю жрать. А как тут иначе?

Немного помедлив, Катя соскальзывает с постели. Запахивает халат плотнее. Подбешивает то, сколько на ней лишней одежды.

Хотя может так и лучше. Хоть немного жажду обламывает.

Нет, блять. Нихуя. Притягивает к ней дико. И похер, во что она наряжается. Рука за ней тянется.

Оглаживаю ее задницу так, что Катя аж подскакивает.

– Ты чего? – шипит.

– Ничего.

Рывком перемещаюсь ближе к ней. Прислоняюсь вплотную. Лицом утыкаюсь в ее живот. Целую. И под ребрами аж кипятком окатывает, когда она вдруг ведет ладонью по моему затылку. Поглаживает. Слегка.

Одно касание, а я уже заурчать от кайфа готов. Прямо затапливает.

– Ты завтрак делать собирался, – тихо напоминает она.

– Да.

Отодвигаюсь, только чтобы снова взглядом ее лицо выхватить.

Катя улыбается. Мягко. Головой качает.

«На работу ты меня не отпустишь» – так и горит в глазах.

На работу – отпущу. Пока что. А так – нет.

Попала ты, Катя. Раз и навсегда.

– Иди, – говорю. – Не отвлекай меня.

– Это я тебя отвлекаю? – брови выгибает.

– Конечно, – киваю. – Ходишь тут вся такая.

– Какая?

Ее ладонь с моего затылка соскальзывает, по щеке проходится. И рефлекс подключается в один момент. Веду головой, трусь о ее руку.

– Охуительная.

Она молчит. Но видно, что осуждает.

– Правду сказал, – плечами жму.

– Угу.

Руку убрать хочет.

Не даю. Ближе притягиваю.

– Ну чего? – спрашиваю.

– При ребенке ты так выражаться не будешь, – замечает она.

– Еще можно, – отвечаю. – Не слышит же.

– Почему не слышит?

– Рано.

Взгляд у нее всегда выразительный. Но сейчас особенно. Четко дает понять, что пора бы мне начать исправляться.

– Ладно, фильтровать буду, – киваю. – Поху… понял.