— Никакой интриги. У меня появился слишком большой выбор, но раскованные мальчишки нравятся таким же раскованным девчонкам, и они меня напугали.

— Напугали? — я изумилась.

— Да, я осознал, что напористые девушки — это не мой тип.

Я вспомнила, как была напориста в нашу первую встречу, но сочла, что он имеет в виду что-то другое.

— Я не очень-то напориста, — отметила я не слишком уверенно.

— Ты чудесная, — улыбнулся он.

И, кажется, совершенно искренне. Поэтому я смутилась и умолкла. А когда он довел меня до дверей моей квартиры, после долгого поцелуя я предложила:

— Останешься у меня?

Он замер, будто не веря, что я это сказала. И я тут же вспомнила про настойчивых девочек, которые были не его типом. Должно быть, именно такую напористость он и подразумевал…

Кажется, я все испортила.

— Ты уверена? — осторожно поинтересовался он.

— Была, пока ты не спросил, — неловко улыбнулась я.

— Почему? — он нахмурился.

Я почувствовала себя до крайности неловко, а потому через силу улыбнулась:

— Ты ведь сказал, что не любишь напористых. А я тут…

— Славушка, — с нежностью он привлек меня к себе и поцеловал: — Никогда не сравнивай себя с кем-то еще. Ты удивительная. И единственная в своем роде.

— Технически, есть еще Яра…

Дима рассмеялся негромко:

— Я очень хочу остаться. Впустишь меня?

Разумеется, я впустила. И в квартиру, и в спальню, и в постель.

Ни о чем не пожалела.

Он был чутким, и нежным, и осторожным, мы изучали друг друга, не торопясь, чувственно, страстно. Я заводилась от его прикосновений, отметая все сомнения и неуверенность, и он раскрывался передо мной, и это было словно впервые — не друг с другом, а вообще.

Утомленная ласками, я уснула в его объятиях, чувствуя себя непривычно счастливой.

А когда я проснулась, Димы рядом не было. Внутри что-то сжалось — ушел? Получил свое и ушел, оставив меня один на один с происходящим?

Впрочем, он и не обещал помогать мне с моими проблемами. Его они вообще никак не касаются — за исключением того, что его кофейней воспользовался странный незнакомец.

Я перевернулась на спину и криво усмехнулась, глядя в потолок.

Нет. Эта ночь… мы оба этого хотели. Он не взял свое обманом, и я получила не меньше. Мне не на что жаловаться. Разве что следовало подождать еще пару дней, чтобы он помог пройти игру.

— Проснулась? — голос Димы заставил меня вздрогнуть и сесть в кровати. — Доброе утро.

Он заглядывал в спальню и улыбался. Одетый, да. Но не сбежавший от случайной любовницы, как я уже себе тут надумала.

— Доброе утро, — чуть растерянно улыбнулась я.

Он не вошел, скрылся куда-то и вернулся через минуту, а в руках его был поднос с легким завтраком — чай и печенье.

— Не нашел у тебя кофе, — словно извиняясь, сообщил он, ставя поднос на тумбочку у кровати.

— Потому что я не пью кофе, — напомнила я.

— Да, ты говорила. Но я отлично его готовлю, вдруг бы ты оценила?

Я рассмеялась:

— Значит, ты готов мириться с убежденной трезвенницей, но не с кофененавистницей?

— От кофе вреда не будет. Может, дашь ему шанс? — ослепительно улыбнулся он.

— Знаешь, мне еще никогда не приносили завтрак в постель.

— Мне повезло, что я смог стать первым, — искренне улыбнулся он. — Приятного аппетита.

Но, прежде чем пить чай, я впилась в его губы поцелуем. Я даже была бы не против повторить наши ночные игры, но меня ждала Яра, и я не могла ее подвести.

К счастью, Дима понял меня без слов.

Хотя завтрак в постель — это очень романтично, но, чтобы поесть, мы все-таки переместились на кухню, где я угостила Диму нормальным завтраком.

К чести мужчины, он не стал обижаться, что я не оценила его жест, потому что я его как раз-таки оценила.

Как и он — мою практичность.

А еще он остался, сообщив, что может позволить себе провести выходные с любимой женщиной.

Да-да, так и сказал. Пусть и не всерьез, но вот я слушала бы и слушала. Жаль, что пока я не могу себе этого позволить. В первую очередь надо разобраться с игрой, а затем уже нырять в отношения с головой.

Нас ждала игра, и сегодня нам предстояло пройти предпоследний этаж.

Первое, что я услышала, когда Слава зашла в игру, был голос Дмитрия:

— Доброе утро, Яра.

Сказать, что я изумилась — ничего не сказать.

— Слав, у тебя ранний гость, или он и не уходил никуда? — осведомилась я.

— Скорее, второе, — даже сквозь механический голос камеры я расслышала довольные нотки в ее словах.

Остался на ночь, значит. И едва ли они ночевали в разных комнатах. Но, пожалуй, я буду последней, кто ее осудит, потому что я и сама эту ночь провела в объятиях мужчины — самого лучшего, пусть и придуманного.