Небо сделалось почти черным, лишь у горизонта еще теплилась узкая оранжевая полоса. Густо высыпали звезды, такие непохожие на те что я привыкла видеть дома. Но темно не было – маленькие фонарики освещали пляж, придавая ему несколько романтический вид.

Ладно, никакой романтики тут не планируется, а планируется физкультурный подвиг.

Я скинула халат на шезлонг и вошла в воду.

Океан принял меня мягко и легко, вода была теплая, и я поплыла, почти не прилагая усилий. Вода скользила по коже, словно что-то шелковое и невесомое. С каждым гребком напряжение уходило – сначала из плеч, потом из спины, потом откуда-то из глубины, где оно копилось месяцами. Я перевернулась на спину и легла на воду звездой, глядя в небо. Звезды дрожали и подмигивали. Волны едва заметно покачивали, баюкали, успокаивали. Было так хорошо, что хотелось остаться здесь навсегда.

Но вечно плавать невозможно. Мышцы постепенно налились приятной, гудящей усталостью, и я решила, что на сегодня хватит.

Я вышла из воды, отжала волосы и замерла.

На пляже кто-то был.

Мужской силуэт у самой кромки воды, там, где песок потемнел от влаги. Сердце дернулось испуганно, прежде чем мозг успел обработать зрительную информацию. Я отступила на шаг, вжимаясь в тень пальмы, и пригляделась.

Александр Юрьевич. Мой босс собственной персоной. Похоже, мысли у нас сходятся – он тоже решил искупаться.

Из одежды на нем были только плавки. Никакой офисной брони, за которой он обычно прятался с девяти до шести. Просто мужчина – и я, к своему глубочайшему неудобству, вынуждена была признать, что мужчина этот в очень даже хорошей форме.

Плечи – широкие, с четкой линией мышц, переходящих в сильные руки. Спина – прямая, с рельефом, который не спутаешь с результатом случайных походов в зал. Он явно работал над собой в спортзале – регулярно, дисциплинированно, как и все, что он делал.

Я застыла на месте, не в силах отвести взгляд. Вода стекала по моим плечам, по спине, капала с волос на песок, а я стояла и смотрела, как босс входит в океан – медленно, не спеша, позволяя воде подниматься все выше. Щиколотки. Колени. Бедра. Мышцы на спине перекатывались при каждом движении, и лунный свет обливал его серебром, делал почти статуей – ожившей, дышащей, невероятно красивой.

Я сглотнула. Вот уж не думала, что босс произведет на меня такое впечатление.

Прямо скажем, одетый он выглядит не так… я попыталась подобрать нужное слово. Притягательно? Привлекательно? Сногсшибательно?

Так, хватит! Нормально он выглядит, мужчина как мужчина – ничего особенного. На обложках журналов таких полно!

Я поспешно накинула халат, схватила полотенце и на цыпочках, стараясь ступать бесшумно, двинулась обратно к террасе. Босс так и не обернулся. А значит, он не узнает, как я на него пялилась! И это к лучшему.

Утро ворвалось в номер солнечным светом и запахом океана. Я проснулась рано – сказывалась разница во времени, да и привычка вставать по будильнику за пять лет вросла в организм намертво.

Я натянула легкий сарафан, плеснула в лицо водой и вышла на террасу – вдохнуть утро полной грудью перед тем, как отправиться на завтрак. Босса было не видно и не слышно.

Вчера я успела юркнуть в свой номер еще до конца его заплыва, и сегодня предпочла бы, чтобы мы и дальше не пересекались…

Я услышала тихие голоса. Хм, а мы кажется уже не одни в этом здании… На соседней террасе сидела пара, они пили кофе и мило обменивались репликами.

– Ладно, так и быть… Ты был прав, и сюда стоило приехать. Нет, сам отель очень стандартный и ничего интересного кругом не происходит… Но эта природа, эти цветы, океан, белоснежный песок… Вынуждена согласиться, оно того стоило!

Отель стандартный?

На мой неискушенный вкус отель был просто удивительный! Впрочем, у этой пары явно больше опыта в путешествиях. Они явно были состоятельны (ну да, не так часто турфирмы путаются в именах и селят в дорогущие люксы тех, кому это не по карману).

Но спорить с этой дамой я бы не стала – она покорила меня с первого взгляда. Первое, что бросалось в глаза, – конечно, розовый. Яркий совершенно хулиганский оттенок волос, который не ожидаешь увидеть у дамы за пятьдесят. Но именно эта дерзость каким-то непостижимым образом делала ее лицо моложе и живее. Она не позировала и не следила за осанкой – она просто наслаждалась утром: подставляла лицо солнцу, жмурилась, как довольная кошка, и улыбалась своим мыслям. В ней чувствовалась потрясающая внутренняя свобода – такая, какая бывает у людей, которые уже всем все доказали и теперь живут исключительно в свое удовольствие.

Ее спутник – высокий, с сухим, волевым лицом и серебром на висках, невозмутимо ответил: