Как спать в одних апартаментах с ними. У меня же так колотится сердце. Мне нечем дышать.

Ведь я никогда столько времени подряд не проводила в их обществе. И мне уже начало казаться, будто я пробежала марафон. И ноги ватные. Я еле плетусь. Но сна – ни в одном глазу!..

– Думаю, мы знаем, как тебе помочь, дорогая невеста, – усмехнулся Тэрон.

– Больно не будет, – подхватил ему в тон Эйдан, откладывая наполненные моей кровью закупоренные пробирки на мой прикроватный столик.

Он вдруг опустил лицо так низко, к моему локтевому сгибу и… провёл по точечной ранке горячим языком.

Меня тут же бросило в жар!

Или в холод?

Я не знаю…

– Шиарийский иммунный фактор, – пояснил Тэрон, – как тебе известно, Алиса, слюна шиарийцев лечит большинство человеческих болезней…

– … но я не болею.

– Профилактика присоединения инфекции, – хмыкнул Эйдан, уже запечатывая ранку на моей коже маленьким прозрачным кружочком пластыря.

– Уверена, это лишнее, – натянуто улыбнулась я. И тут – оба брата-шиарийца синхронно улеглись на мою кровать. С двух сторон от меня. Отрезая от мира.

Я перестала дышать.

– У тебя сейчас могут быть проблемы с засыпанием, – дружелюбно сообщил Эйдан, – мы поможем. И уйдём в свою часть апартаментов…

– Как помож…

Я не договорила.

Тэрон рывком подался ко мне. И жарко коснувшись моих губ своими и тут же сделал нежданный поцелуй глубоким. Я оторопела. Он целовал. А я – позволяла. Моё сердцебиение стало ещё чаще. Казалось, что за грудиной бьётся в панике трепетная птица.

Тэрон отстранился так же неожиданно.

И через долю мгновения к моим губам прильнул Эйдан.

Жар в теле стал невыносим. Он затопил меня! Прибил пламенной волной.

Кажется, на моих щиколотках снова были хвосты.

Кажется, Тэрон ещё держал меня за руку.

Кажется, Эйдан коснулся моей щеки так ласково, не позволяя мне разорвать поцелуй.

Я замычала в знак протеста. (Да-да, точно. Но было похоже, словно застонала от страсти!)

И когда Эйдан ласково прикусил мою нижнюю губу, моя трепетная паника достигла предела и выплеснулась через край.

Это было слишком.

И сознание – просто померкло.

Я выключилась словно перегревшийся прибор.

Уснула так резко, словно потеряла сознание.

…

Утром я проснулась не от будильника, а тарахтения трактора… И тарахтел он прямо под ухом. Я открыла один глаз, потом второй, а потом и вовсе села на кровати, с удивлением глядя на котоида, который большой мохнатой попой сидел на моей кровати и издавал тарахтящий звук.

Несколько секунд я осознавала происходящее. Вчерашние поцелуи — были сном или явью? Вопрос открытый… Но сейчас Ректоров в комнате не было. Зато был котоид.

И если бы на кровати лежал мой прежний матрас, а не эргономичный последней модели, который появился вчера, на месте где сидит котоид – уже была бы нехилая вмятина. А я – скатывалась бы образовавшийся от коменданта “кратер”.

— Виан Мальмур… — с удивлением произнесла я.

Тарахтение вдруг прервалось.

— Проснулась? — комендант открыл один жёлтый глаз, потом второй, и поднявшись на все лапы, потянулся, изящно выгнув спину. А потом снова уселся, сложив все лапки вместе, став похожим на меховой шар с ушами.

Я была рада видеть коменданта, но всё же…

— Что вы тут делаете, виан? — осторожно уточнила я.

— Неправильный вопрос, мрр, — махнул он дымчатым хвостом. — А правильный… что ТЫ здесь делаешь?

— Э-м-м… Сплю.

— Но почему здесь, а не в общей спальне со своими самцами, котлетка?

— … мы не в таких отношениях.

— А как же котята! У них должна быть полная семья.

— Вы о детях, виан? — я немного смутилась. — Это вообще обсуждать рано.

Котоид так показательно фыркнул, будто я несла отборную чушь. Шевельнув усами, он принялся намывать себе мордочку, между делом продолжая фыркать:

— Я же для тебя старался, девочка. Всё сделал как надо. А ты… за хвост удачу не ловишь. Нос воротишь. Всему учить надо!

— Извините, виан Мальмур… А что именно вы сделали?

— Ммррр не важно!

Я нахмурилась, припоминаю цепочку событий. В голове вдруг всплыла догадка.