- Нет. Ни один другой парень никогда не вызывал у меня интереса.
- А ты пробовал?
- Серьезно? Думаешь, я рискну зайти в какие-нибудь гей-приложения для знакомств или перепихнуться с парнем, чтобы проверить теорию? Моя карьера… - Денвер захлопывает рот.
- Твоя карьера, что?
- Ты знаешь, каково было Харли и Райдеру. Они хранили свой секрет ебаное десятилетие. Зная мою удачу, я встречу какого-нибудь парня, а потом - бац! - на следующий день в новостях на первой полосе фотография, на которой мы с ним целуемся.
- Итак, вполне возможно, что дело не во мне, и что тебе могут нравиться как женщины, так и мужчины, но ты не дал этому шанса.
- Возможно, но маловероятно.
- Почему?
У него отвисает челюсть. Затем он закрывает рот.
- Нет, ты прав. Вполне возможно.
- У тебя есть друзья-геи, на которых ты мог бы проверить эту теорию? Ну, знаешь, те, кому ты доверяешь или с кем у тебя есть соглашение о неразглашении? Например, кто-то из шоу?
Денвер фыркает.
- Привет, дело о сексуальном домогательстве?
- Черт. Ты прав. Я больше рассчитывал на то, что ты будешь молчать о своей сексуальной ориентации, но теперь понимаю, как жутко это звучит. А как насчет Харли или Райдера?
- Черт, нет. Даже если бы у них обоих не было серьезных отношений, все равно было бы «нет».
- А как насчет...
Денвер прищуривается.
- Ты серьезно предлагаешь мне предлагать парням интимные отношения, чтобы посмотреть, понравится ли мне? Это… странно.
Я провожу рукой по волосам.
- Извини, я пытаюсь решить проблему.
- Спасибо, но это моя проблема, которую должен решить я.
- Мне это не нравится, - говорю я. - Все это из-за того, что ты умнее меня.
На лице Денвера появляется искренняя улыбка, и думаю, что впервые вижу ее с тех пор, как мы снова встретились.
- Я всегда был умнее тебя, - говорит Денвер. - Ты просто думаешь, что раз намного старше, то знаешь лучше.
- Что значит «намного старше»? Три года - это ничто.
Он притворно кашляет, маскируя:
- Четыре.
- Эй, если верить миру, то всего три.
- Да, но я знаю правду. Я знаю, что тебе... - Он втягивает воздух. - В следующем году тридцать.
Я свирепо смотрю на него.
- Удар. Ниже пояса.
Денвер разражается настоящим, неудержимым смехом, и я понимаю, как сильно скучал по этому звуку.
Видя, что я, очевидно, не разбираюсь в советах по гей-знакомствам, меняю тему в надежде, что смогу и дальше заставлять его улыбаться и смеяться.
- На что похоже это реалити-шоу?
- Это пиздец.
- Почему?
- Ладно, ты знаешь все эти разные шоу талантов? «Голос», «Американский Идол», «X Factor»...
- Да.
- Продюсеры «Фэндома» хотят объединить их все вместе. У нас есть команды, мы устраиваем нокаутирующие вокальные баталии, но самое главное… у всех этих людей почти нет таланта. Так что это дополнительный бонус.
Я содрогаюсь.
- Звучит как пытка.
- Так и есть. Не пойми неправильно, у меня в команде есть один или два человека, у которых, на мой взгляд, есть потенциал, но остальные слишком неопытны, чтобы попытаться избавиться от всех своих вредных привычек за несколько недель. На их переобучение уйдут месяцы.
- Кто бы ни был в твоей команде, он счастливчик. Если кто-то и может поддержать и ободрить, так это ты.
- Тьфу, вот способ заставить меня чувствовать себя виноватым. Мне следовало бы взглянуть с точки зрения наставника, а не с точки зрения пустой траты времени, как я думаю. Я подписал контракт с благими намерениями, но… - Он поджимает губы.
- Ты можешь рассказать мне все, что угодно, Денни. Я серьезно.
- Моя карьера висит на волоске. Может, со стороны и кажется, что у меня всё под контролем, но на самом деле это не так. Мой менеджер сказал, что если это шоу не увенчается успехом...
- Ты станешь таким же, как я.
- Ну, он не сказал конкретно так, но да, это подразумевалось. И потом, на шоу оказывается большое давление, чтобы все прошло хорошо, но оно окружено юридическим дерьмом, потому что другие телеканалы в значительной степени знают, что мы пытаемся сорвать крупные шоу талантов, и они уже, как минимум дважды, останавливали производство.
- Отсюда и проблемы с расписанием.
- Точно.
Я точно знаю, через что он проходит. Я пережил все те же сомнения по поводу карьеры. Но потом у меня защемило в груди, и вместо того, чтобы посочувствовать Денверу, сосредоточился на своей боли и напомнил себе, что, когда я сам сталкивался с тем же, его не было рядом.