- Куда собралась?
- К подруге. У нее мои запасные ключи.
Ясно. Все логично. Она хочет домой, ключи у подруги. Она едет к подруге за ключами. Мне можно возвращаться в мягкую теплую постельку…
Но я говорю:
- Давай я тебя отвезу.
Зачем я лезу? Кто меня просил? Никто! Я только хуже сделаю. Буду всю дорогу ворчать и нудеть. Рано утром я невыносим…
- Да не надо, - говорит Лера.
- Подожди пять минут, я оденусь. А лучше свари кофе. А ещё лучше оставайся…
- Мне надо домой! Переодеться и собраться на работу. И вообще.…
- Хочешь, я твою дверь вышибу?
- Спасибо, не хочу.
Я беру плед и набрасываю ей на плечи. Командую:
- Просто посиди здесь. Я почищу зубы, оденусь, и отвезу тебя.
Иду в ванную. Раздеваюсь и включаю воду. Контрастный душ - это единственное, что может разбудить меня в такую рань. Чередую горячую и холодную. Чищу зубы. Растираюсь полотенцем.
Бодрый, как огурец, выхожу из ванной. А этой козы уже нет!
Выглядываю в окно - она садится в такси.
Вот зараза! Какого хрена я взбодрился? Причем весь
Что мне теперь делать с бодрым собой и торчащим огурцом?
16
Лера
- Я дура, - говорю я.
- Тетя Лера дура! - тут же повторяет четырехлетняя дочка Аленки Настя.
- Тетя Лера шутит, - произносит моя подруга.
- Вообще нет, - бурчу я.
И залпом выпиваю второй стакан минералки.
Я заявилась к подруге, когда она готовила завтрак. Меня посадили за стол, поставили передо мной тарелку с кашей. Налили холодненькой минералки. А теперь ещё и вручили чашку кофе. И мне стало немного лучше…
С утра было совсем плохо. Больше, конечно, морально, чем физически.
- Спасибо, - говорю я.
- Может, томатный сок? - предлагает Матвей. - С солью и перцем. Можно туда ещё ложку водки капнуть.
- Фу-у-у-у! - с чувством произношу я.
- Хорошее средство от похмелья.
- У меня не похмелье. У меня жестокое раскаяние и самобичевание. И очень сильное желание биться головой о стену.
- Это и есть похмелье, - авторитетно заявляет Матвей. - Круто вчера оторвалась?
- Сначала было неплохо. В клубе. А потом… стыдно вспоминать.
- Ну, значит, круто.
- Вообще нет, - вздыхаю я. - Извините, что так ворвалась к вам в семь утра…
- А для чего ещё нужны друзья? - улыбается Аленка.
Она, в отличие от меня, выспавшаяся, бодрая и полная сил.
- Хорошо, что я оставила у тебя ключи.
- Потом завези запасные. А то опять потеряешь. У тебя такая бурная жизнь! Умираю от желания услышать подробности.
У меня ещё не было возможности рассказать Аленке, что случилось. Здесь все время лишние уши. Я лишь успела упомянуть, что была в клубе, потеряла ключи и ночевала у соседа.
Детишки доедают кашу и убегают собираться.
- И что, и что? - нетерпеливо спрашивает Аленка. - Что там за сосед?
- Ему двадцать пять.
- Вау.
- Он здоровый накаченный бугай.
- Вау!
- Горячий и сексуальный.
- Вау… - выдыхает она.
- У нас ничего не было.
- Почему?!
- Я безнадежна. Я умру старой девой. И мой труп сожрут мои собственные кошки…
- У тебя нет кошек.
- Так я заведу!
- Заведи лучше собаку. Мы будем брать ее у тебя на выходные. А то дети замучили.
- Я хочу свою собаку! - раздается голос Паши, Аленкиного сына. - А что такое старая дева?
Оказывается, он уже давно стоит, слушает.
- Это такая злая тетя, которая никогда…
- Лера! - предупреждающе произносит Аленка.
- У которой никого… В общем, ладно. Я поеду домой.
- Я тебя отвезу. И мы с тобой нормально поболтаем.
- Давай.
- Только сначала доставим Настю в садик, а Пашу в школу.
Аленкин сынок в этом году пошел в первый класс. Ему почти семь.
Да, она рано вышла замуж. И сразу родила. А я… Если бы не этот гандон Олег, у меня тоже уже были бы дети!
***
- И что, и что? - нападает на меня Аленка, как только Паша выходит из машины.
- Ничего! Он починил мне все, что было сломано. Мы поехали в клуб. Я начала к нему приставать…
- Ты же говоришь, вас ничего не было?
- Не было. Хотя мы спали в одной постели. И я даже в его футболке.
- Но… Почему?
- Потому что я полночи рыдала!
- Он тебя обидел?
- Он меня утешал.
- Да что случилось-то? - недоумевает Аленка.
- Я выпила. Вспомнила Олега. Мне стало так себя жалко…
- Ты всегда ревешь, когда напьешься!
- Я так давно не напивалась… Кажется, я даже рассказала ему, что сожгла свадебное платье.