Перед сном звоню детям. Рустам рассказывает о том, как помогал дедушке чинить забор, а Малика делится впечатлениями от прогулки в лес.
На следующий день я иду на работу с замиранием сердца. Но, к моему удивлению, Зульфия Мехметовна избегает меня. Она больше не обсуждает мои новые проекты. И кажется, что Рамиль каким-то чудесным образом смог повлиять на свою мать.
Вечером Рамиль забирает меня после работы и везет в уютный ресторан, который расположен среди заповедных мест.
Мы поднимаемся по извилистой дорожке, и с каждым поворотом открываются все более захватывающие виды. Солнце клонится к закату, окрашивая небо в розовые тона.
Ресторан оказывается небольшим деревянным домиком, утопающим в зелени. Террасы расположены на разных уровнях, создавая ощущение уединенности. С нашего столика открывается потрясающий вид на долину.
— Это невероятно, — восхищаюсь я, усаживаясь за столик у самого края террасы.
— Я хотел привезти тебя сюда с первого дня знакомства, — признается Рамиль, устраиваясь напротив. — Но боялся, что покажется слишком романтично.
— А теперь не боишься? — спрашиваю я с улыбкой.
— Теперь надеюсь, что ты готова к романтике, — отвечает он, и в его глазах загорается пламенный огонь, от которого по всему телу разливается приятное тепло.
Глава 31. Саяна
С Рамилем я провожу время, полное романтики. Забываю о том, что еще совсем недавно развелась.
Вчерашний вечер мы провели за долгими беседами. И каждый раз я ловлю себя на мысли, что такому мужчине как Рамилю можно доверять.
Но от конфликта с Зульфией Мехметовной все еще тревожно где-то внутри.
Сегодня я надеваю твидовый костюм, состоящий из жакета и удлиненной юбки. На улице рано утром прошел дождь и слегка прохладно.
Выхожу на улицу, смотрю в сумке, взяла ли зонтик.
— Доброе утро, Саяна, — раздается совсем рядом до боли знакомый голос.
Я поднимаю глаза и вижу... Мурата.
После развода мы больше не общались, он не интересовался детьми. И я надеялась, что бывший не знает, где теперь живу.
— Что ты здесь делаешь? — пытаюсь собраться, не показывать своей растерянности.
— Глупо говорить, что проезжал мимо, — усмехается Мурат, поправляет свои массивные часы на запястье.
Смотрю на бывшего мужа. Дорогой костюм, кожаные ботинки. Мурат остается наследником огромной империи. И чтобы ни говорил его отец, мой бывший муж продолжает купаться в деньгах.
— Глупо... — сухо подтверждаю.
— Садись в машину. Я подвезу, — это не просьба, скорее — приказ.
Но я не двигаюсь с места. Потому что не выдержу пытки — несколько минут провести в салоне автомобиля с Муратом.
— Зачем ты приехал? — холодно повторяю вопрос. — Если из-за детей, то надо было заранее...
— Я не к детям приехал, а к тебе! — перебивает резко он меня, подходит ближе, нависает своим мощным телом. — Слухи о твоих отношениях дошли до меня, Саяна!
Только сейчас я замечаю злой огонек в глазах бывшего мужа.
— Какие слухи? — спрашиваю я, стараясь сохранить спокойствие, хотя сердце колотится как бешеное.
— Не притворяйся, — шипит он. — Весь город говорит о том, что ты крутишь роман со своим боссом. Моя бывшая жена! Мать моих детей!
— Мурат, — говорю я твердо, — мы разведены. Моя личная жизнь тебя не касается.
— Неужели? — он делает еще шаг ко мне, его взгляд колючий и холодный. — Ты носишь мою фамилию! Ты мать моих детей! Как это может меня не касаться?
— Я могу сменить фамилию, — отвечаю я холодно. — А дети... дети имеют право на счастливую мать.
Мурат хватает меня за руку, притягивает к себе.
— Саяна, что с тобой происходит? Ты была послушной женой, хорошей матерью. А теперь... теперь ты...
— Я стала собой, — вырываю руку. — Той, кем должна была быть всегда.
— Собой? — он смеется, но смех этот злой. — Ты думаешь, твой босс серьезно к тебе относится? Ты для него — развлечение. Разведенная женщина с детьми. Он поиграет и бросит.
Его слова больно ранят, потому что где-то в глубине души я сама боюсь этого.
— Даже если так, — говорю я, поднимая подбородок, — это мой выбор.
— Ты позоришь своим выбором меня и детей! — Мурат приближается еще ближе. — Ведешь себя, как последняя шлюха!
Я резко замахиваюсь. Звонкая пощечина оставляет красный отпечаток на щеке Мурата.
Несколько секунд мы стоим в полной тишине. Моя ладонь еще горит от удара, а на лице Мурата медленно проступают красные полосы от моих пальцев. Его глаза расширяются от шока — видимо, он никогда не ожидал от меня такой реакции.
— Ты... — начинает он хрипло, но голос обрывается.
— Я что? — спрашиваю я, не отступая ни на шаг. — Осмелилась дать тебе отпор? Осмелилась показать, что больше не позволю себя унижать?
Мурат медленно убирает руку от щеки. Красный отпечаток моей ладони четко виден на его смуглой коже. Я вижу, как напрягаются мышцы его челюсти.