Лика и Алекс быстро собираются и уезжают. Я пытаюсь уговорить их остаться и поужинать нормально, но Лика отвечает, что ужин у неё есть дома, все в порядке. Улыбается и шепчет мне на ухо, что Женя классный, хороший, добрый, и что я ей очень понравилась, она надеется, что у нас всё будет отлично.
Я тоже надеюсь.
Вижу на лице Руденского кровоподтеки и синяки, явно после встречи с папой. Конечно, я была к этому готова, но всё равно неприятно. Женя идёт в ванную, умывается. Видимо сам чем-то дезинфицирует и замазывает раны.
Мне, с одной стороны, стыдно. За отца.
С другой стороны, я понимаю, папа меня защищал. И это даже приятно. Значит… не совсем я его разочаровала? Может, стоило всё-таки с ним встретиться?
Усаживаю Руденского за стол, накладываю ему еду. Он сначала говорит, что только из ресторана, где был с моим отцом и Евой, он не голоден. Но я говорю, что помогала Лике с готовкой и Женя сдается, форель уплетает с явным удовольствием, как и мой салат.
Я тоже, как ни странно, ем с аппетитом. Думала, кусок в горло не полезет.
Женя расспрашивает, как я тут, чем занималась. Как моё самочувствие – помнит же про те самые дни! Я краснею – к счастью, всё в норме. Рассказываю, что мы нашли общий язык с Ликой, что она офигенная, и Пушинка такая классная девчушка. И малыш у них тоже замечательный.
Понимаю, что Женя оттягивает самый важный разговор, но когда-то надо будет начать.
После ужина Руденский предлагает мне вина или шампанского, себе наливает бокал коньяка.
Тогда я решаюсь спросить.
– Было тяжело?
– Иди сюда, малыш… – Женя притягивает меня, усаживая на колени, обнимает, – было… нормально. Как говорят военные – штатно.
– Вы подрались?
– Нет, так, помахались немного. Но… я бы за нашу дочь тоже помахался.
Он так просто говорит это – наша дочь, у меня сердце сжимается.
– Яся, я сказал твоему отцу, что хочу на тебе жениться. И это на самом деле так. И не потому, что я лишил тебя невинности. Я…
Он смотрит мне в глаза, прищуривается, словно сканирует, прожигает взглядом, потом притягивает, осторожно отставляя свой бокал и забирая у меня мой.
– Девочка… ты…– его лицо так близко! Глаза, губы… Он покрывает мои скулы и виски нежными поцелуями, – провалился в тебя. Думал, что это я тебя куплю, приручу. На самом деле это ты, ты меня полностью приручила.
– Женя…
– Прости, малышка… Прости, что предложение нормально не сделал. Хочешь? Будет тебе романтика, живая музыка, ресторан, миллион алых роз, хочешь?
– Не хочу. Не нужно… Просто…
– Что, малыш?
– Скажи правду. Ты… ты меня…
Не могу произнести это слово. Не получается. Заикаюсь, тушуюсь.
Имею ли я право спрашивать? Ведь наша женитьба это, скорее, необходимость, да? Или нет?
И вообще, стоит ли нам на самом деле спешить?
– Малыш, что за правда тебе нужна? Хочешь узнать, как я к тебе отношусь? А сама не понимаешь?
Он усмехается, притягивает меня еще ближе, прислоняется лбом к моему лбу. Это какой-то невероятный момент единения. Я чувствую, как бьется его сердце – моё бьется так же. Мне тоже хочется его обнять, у меня руки дрожат, настолько это… интимно сейчас, это только для двоих. Только он и я.
Между нами в этот момент искрит, словно электрические разряды большой мощности простреливают. И все нервы – как оголённые провода. Всё на грани. Мы на грани.
Мы.
Одни в целом мире сейчас. Во всей вселенной.
Одни и одно. Одно целое.
– Я люблю тебя, маленькая. Хочу, чтобы ты была моей женой. Я знаю, что это не делается так быстро, наверное, но я тебя не тороплю. Ты можешь не отвечать пока, ничего не говорить, но знай, что мои намерения насчёт тебя более чем серьёзны. Это я сказал твоему отцу. Это говорю и тебе. Люблю тебя, хочу, чтобы ты осталась со мной, хочу жениться на тебе. Хочу, чтобы мы были вместе. Хочу, чтобы ты родила мне детей…
Жена говорит и целует мою ладонь, мои щеки, подбородок, скулы, виски, лоб, губы… снова покрывает мелкими, нежными поцелуями.
Мне жарко с ним. И сладко.
И я хочу, чтобы это было так.
– Малышка моя…
– Да…
– Да?
– Я… я тоже хочу быть с тобой. Я…
Мне немного страшно говорить об этом, но я надеюсь, что Женя меня поймет.
– Я… я не хочу пока торопиться. Я… Мы ведь можем просто попробовать?
– Конечно можем, Яся, всё можем. Всё сделаем так, как хочешь ты.
– Я не отказываю тебе. Я согласна. Просто… дай мне время.
– Принцесса, у тебя будет столько времени, сколько ты захочешь.
– Да, но отец…
– Отца твоего я беру на себя. Не бойся.
– Я не боюсь. Я уверена, отец не желает мне зла и не сделает ничего плохого. Ни мне, ни тебе.
Женя ухмыляется, головой качает.