— Вы умеете готовить? — Его изумление было таким сильным, что помогло погасить подозрительность лучше любых уверений. — Но я полагал… Вы совсем не такая, как…
Виконт смешался, не закончив предложение, а я скромно потупила глаза, приняв вид оболганной красавицы. Пусть считает, что я вовсе не такая, как все говорят. Чем больше людей будет видеть во мне безобидную юную леди, тем ближе мы здесь шагнем к хотя бы относительно нормальной жизни.
А майонез после произведенного фурора пошел на ура. Народ требовал его к завтраку, обеду и ужину, и был готов поливать им буквально все, включая уху и кашу, не слушая моих увещеваний, что вот туда он совсем не подходит.
— Везде подходит, леди Черная Хозяйка, — уверял Чудрый, размазывая по куску хлеба тоненький белый слой. За остатки «зелья Манез» сейчас развернулась целая битва, и пусть трофей был скромным, всего по ложке на брата, Чудрый казался счастливым. — Ты не слушай никого, магичь сколько хочешь!
Ну уж нет. После нескольких подвигов магичить над майонезом в одиночестве я отказалась категорически, и собрав в одну из свободных минуток наш женский актив, приступила к передаче опыта. Потому что это был выход.
Молока от Милки едва хватало для детей, яиц тоже было немного, и делить их на всех было той еще морокой, а майонез позволял хоть немного разнообразить наш скудный рацион. Так что все упиралось только в наличие растительного масла, которое пусть и стоило гораздо дешевле сливочного, считающегося у нас и вовсе предметом роскоши, все же доставалось совсем не даром.
Я опасалась, что с первого раза у Арды ничего не получится, и все окончательно убедятся, что это тайное знание, доступное лишь черным ведьмам, но нет, следуя моим указаниям, Арда взбила отличный майонез, на вид еще и пышнее моего. Вот что значит у человека талант к готовке. Даже без особых слов обошлась.
А уж когда, осваивая новые возможности, Арда запекла в печи противень рыбы под майонезом, у нас случился настоящий праздник. И даже шедший весь тот день снег, лихо заметающий наши Проклятые земли пышными сугробами, почти не поверг никого в тревогу.
Глава 9
И мы успели. До декабря и сильных снегопадов подлатали и утеплили дом, насколько в принципе это было возможно, и наша общага с успехом прошла испытания первыми по-настоящему морозными ночами. Тем более вот что-что, а дрова нам экономить не приходилось.
В лесу, который многими десятилетиями никто не решался потревожить, было столько сухой древесины и валежника, что мы могли бы топить печь целыми сутками. Чем и занимались, тем более я не слишком доверяла нашим талантам в области построения печей и не желала оставлять любой огонь без присмотра, поэтому и ночами дежурный истопник подкладывал дрова, не давая дому остыть, что очень скрашивало утренние пробуждения.
Темнело теперь совсем рано, и рабочий день нам пришлось сократить. Болтаться по утонувшему во мраке лесу я никому не разрешала, да никто и не стремился оказаться на улице после захода солнца. Только вот спать в шесть часов вечера ведь не ляжешь. И чем занять столько людей, стиснутых вместе в маленьком замкнутом пространстве? Мы так озвереем.
И ссоры уже начали вспыхивать то тут, то там по всяким мелочам вроде: ты наступил мне на ухо, слезая с верхней полки. Поэтому чтобы занять народ, я не придумала ничего лучше, чем начать разучивать пьесу.
— Как актерки? — изумилась Нирка, впервые услышав о моей идее.
— Непотребство какое-то, — усомнился дед Вигор, но я была непреклонна. Мозги нужно занимать, а эмоции куда-то сливать, поэтому остаться в стороне я никому не позволила. Просто разбила свою будущую труппу на составы, и теперь по несколько человек учили одну и ту же роль.
Конечно, партия крысы в «Золушке» невелика и бессловесна — то превратись в коня, то превратись обратно — но все равно помогает ощутить свою причастность, к тому же, чтобы расширить роль, я придумала «крысам» забавный танец, больше похожий на танец утят, но в этом мире его все равно никто не смог бы опознать. Плюс я планировала всех регулярно перемешивать. Пусть сегодня ты крыса — завтра ты будешь принцем.
Настоящей же звездой оказалась Нирка, которая так живописно страдала в роли Золушки, что после репетиций на злую мачеху начинали коситься всем коллективом. Ведь как можно третировать такое золото? Доведенная до слез Сейна взяла самоотвод после первого же раза, сказав, что лучше она всю жизнь будет крысой, а вот Нирку ничто не смущало, и мачеху она отыгрывала с тем же пылом.
— А мне своих девочек поднимать не нужно⁉ — орала она на кого-то, посмевшего выразить недовольство. — Этой лахудре с какой-то радости достался принц, а что будет с моими малютками? Ножка ему не та! Отличные ноги, вчера мыли!