Селин всё же обернулась. Рон стоял, уперев руки в бока, рассматривая развернувшуюся перед ним картину. На его смуглой щеке виднелась небольшая ярко-жёлтая полоска от цветочной пыльцы. Селин усмехнулась и подавила желание протянуть руку и стереть её.
Рон кивнул в качестве приветствия девушкам, те в ответ поздоровались и засияли искренними улыбками. Даже тихая красавица Аврора послала ему мягкую очаровательную улыбку, в её взгляде читалась смесь то ли обожания, то ли восхищения. Она явно любила брата.
Селин непроизвольно сравнивала их: из общего у них были только волосы цвета воронова крыла. А цвет глаз, оттенок кожи и, особенно, темперамент, у них сильно различались.
— Вода ключевая, - нарушил тишину Рон.
— Это ничего, - ответила Селин, теперь из одного только чувства противоречия ей хотелось зайти в воду, какой бы холодной та ни оказалась.
Рон хмыкнул.
— А вы не хотите искупаться?
Селин скользнула взглядом по его высокой статной фигуре, к его глазам очень подходила светло-мятная рубашка в сочетании с защитного цвета брюками.
— Нет, - спокойно и твёрдо ответил Рон, не утруждая себя вежливыми объяснениями.
Селин подошла ближе к каменистому берегу, усыпанному мелкой круглой галькой, от журчащего потока веяло приятной прохладной сыростью. Она сбросила ботинки и сделала шаг ближе к прозрачной воде.
Пока Миранда общалась с Клариссой на берегу, Аврора зашла по колено на мелководье, закатав повыше брюки.
Селин решила присоединиться к Авроре, надеясь, что та будет не против. Приподняв вверх подол платья, чтобы не намочить, Селин аккуратно ступила в ключевую воду. Кожу мгновенно обожгло холодом, в ноги будто вонзились ледяные иглы. Селин сдержала резкий возглас только из-за того, что Рон наблюдал за ней с берега. Она была уверена в этом, потому что от его взгляда затылок жгло так, что хотелось провести по волосам рукой. Камни под ступнями были чуть скользкими, покрытыми тонкой тиной, и она на миг покачнулась, но удержала равновесие.
— Привет, я Селин, - поздоровалась она, встав рядом с брюнеткой, наблюдающей за быстрым потоком воды ближе к середине реки.
— Аврора, - коротко прозвучал мягкий мелодичный голос.
— Водичка немного прохладная, - пошутила Селин.
— Я уже почти не чувствую пальцев, - робко засмеялась та.
— Я звала сюда шера Рона, но, кажется, он не зря отказался.
Аврора подняла взгляд больших голубых глаз на Селин. Все в ней было таким изящным: тонкая талия, шея, плавные изгибы тела, красивыми были даже её запястья и пальцы.
— Мой брат не любит речки, - произнесла она просто.
— Только речки? - усмехнулась Селин.
— Речки, озера, моря. Он не заходит в большую воду. С тех пор, как много лет назад чуть не утонул.
— Что с ним случилось? Он не умел плавать?
Аврора снова перевела свой очаровательный взгляд на реку.
— Умел. Но не со связанными руками, - ответила Аврора почему-то обыденным тоном, не выдающим никаких эмоций.
А у Селин внутри будто что-то оборвалось. Она не удержалась и бросила быстрый взгляд на берег. Но Рона там уже не было.
Глава 8
Ночь выдалась душной и сырой. Селин металась во сне.
Она видела, как Рон стоял на парапете моста со связанными руками и улыбался ей. Ветер трепал его чёрные пряди волос, а зелёные глаза смотрели внимательно и даже участливо. Селин попыталась добраться до опоры моста изо всех сил, но густой туман окутал её тело. Воздух становился вязким, как желе, и образ Рона постепенно ускользал и растворялся во мгле.
Створка окна, подхваченная порывом ветра, с грохотом ударилась об откос.
Селин вздрогнула и проснулась.
Она села в постели, растирая ладонями разгоряченное лицо, и пыталась отдышаться.
Створка окна с треском хлопнула ещё раз. Эхом ей вторил гром. Крупные капли дождя брызнули на подоконник.
Селин помнила, что вечер выдался очень жарким, и она оставила окно открытым, надеясь на долгожданную ночную прохладу. А теперь не могла заставить себя подняться, чтобы закрыть тяжёлую створку, которой то и дело играл ветер.
Прогремел очередной раскат грома, и ударила молния, освещая на мгновение убранство комнаты и её смятую постель. Из сада долетали громкие разговоры охранников, кажется, среди всех был и голос Рона. Но их слова смазывались, растягивались и обрывались, перекрываемые шумом падающей с неба воды. Хотя дело было не только в этом. Селин чувствовала жар во всём теле. Теперь стало ясно, что это не просто отголоски кошмара. Она заболела.
Селин откинулась на подушки, укоряя себя за упрямство, заставившее её полезть днём в холодную реку. Да что теперь. Ее сознание утягивало в водоворот, где реальность смешивалась с образами из сновидений. Дождь хлестал в стекла, заливал подоконник и пол там, где была открыта створка, но ей было всё равно. Хоть землетрясение, хоть потоп - она не могла заставить себя подняться. Тело отяжелело и будто налилось горячим металлом.