Виона почувствовала это раньше, чем увидела. Просто плечо девочки под её рукой вдруг стало слишком лёгким, будто сила, которая держала Миру на ногах, закончилась в одну секунду.
— Агата, — сказала Виона.
Воспитательница уже была рядом.
Каэл тоже.
Он сделал шаг, но остановился сам, не дожидаясь её взгляда. И это было правильно. Сейчас Мира не должна была видеть над собой ещё одного Ардена.
— Я сама, — прошептала девочка.
Но колени у неё подогнулись.
Виона удержала её крепче.
— Сейчас не нужно самой. Сейчас нужно сесть.
— Они смотрят.
— Пусть. У них сегодня прекрасная возможность научиться смотреть молча.
Леди Кроу первая поднялась и захлопнула веер с таким звуком, что несколько гостей вздрогнули.
— Принесите кресло ребёнку.
Рен уже двигал ближайшее.
Мира опустилась в него, не убирая рук. Серебряные линии на коже дрожали, но не исчезали. Нола, сидевшая ближе всех, внезапно встала и подошла к ней. Маленькая, строгая, с прямой спиной.
— Ты выглядишь не страшно, — сказала она. — Это просто знак такой.
Мира посмотрела на неё.
И впервые за весь вечер почти улыбнулась.
Почти.
Виона закрыла глаза на одно мгновение.
Этого было достаточно, чтобы не сорваться.
Потом она повернулась к старейшине.
— Объясните.
Орт Гленн посмотрел на гостей.
— Не здесь.
— Именно здесь.
— Леди Сайрен, вопрос происхождения Первого крыла не предназначен для открытого обсуждения.
— А вопрос лишения наследниц прав предназначен?
Старейшина замолчал.
Каэл у стены медленно поднял голову.
Виона видела, как в нём меняется тишина. Вчерашний Каэл молчал, чтобы не сказать лишнего. Сегодняшний молчал, чтобы не сделать непоправимого.
Разница была.
И она злила.
Потому что Виона не хотела сейчас замечать в нём разницу.
— Вы признали её статус при свидетелях, — сказала она. — Повторите для записи.
Грай пискнул:
— Это невозможно.
— Очень возможно. У вас в руках туба, перо и плохая привычка записывать чужие слова. Используйте хотя бы одно полезно.
Несколько гостей опустили глаза, пряча улыбки.
Орт Гленн медленно постучал тростью по полу.
Раз.
Серые Ворота где-то в глубине дома ответили низким гулом.
Старейшина услышал.
Все услышали.
— Дом изменился, — сказал он тихо.
— Нет, — ответила Виона. — Просто вы слишком давно привыкли, что он молчит.
Его взгляд стал острее.
— Вы не понимаете, чем является Первая линия.
— Так объясните.
— Это не род в обычном смысле. Это право.
— На что?
Орт посмотрел на Миру.
Та сидела в кресле, стиснув пальцы на коленях. Нола стояла рядом. Илса — чуть дальше, готовая броситься вперёд при первом движении гостей. Лира держала в руках лист с родовыми знаками и смотрела на старейшину так, будто уже подбирала место, куда его лучше вписать в графу «опасность».
— На выбор, — сказал Орт Гленн. — И на отказ.
Виона медленно сжала пальцы.
Старые записи Дома Первого полёта всплыли перед глазами.
Право выбора дома-защиты.
История наследниц, отказавшихся от принудительного возврата.
Вот оно.
Не красивая древняя теория.
Живая девочка в тёмно-синем платье.
— То есть Мира может отказаться идти в род, который потребует её передачи, — сказала Виона.
— Если её статус подтверждён полностью.
— Вы только что подтвердили.
— Я назвал признак.
— Нет. Вы назвали её утерянной наследницей Первого крыла. При свидетелях.
Леди Кроу подняла руку.
— Я подтверждаю, что слышала именно эту формулировку.
— И я, — сказал господин Нольс, явно сожалея, что вообще приехал, но уже не имея пути назад.
Одна из дам Кальт кивнула.
— Я тоже.
Вторая добавила:
— И видела знак.
Грай смотрел на них так, будто они по очереди вставали на сторону пожара.
Орт Гленн не повернулся к свидетелям.
Он смотрел только на Виону.
— Вы собираете против себя опасные слова.
— Нет. Я собираю слова, которые слишком долго прятали от девочек.
— Девочек? — тихо переспросил он. — Леди Сайрен, если вы думаете, что защищаете детей от жадных родов, вы видите только самый верхний слой. Первая линия не просто наследует. Она отменяет чужое право владеть крылом.
— Чужое право владеть ребёнком?
— Чужое право управлять родовым даром.
— Как удобно вы заменяете одно другим.
На этот раз Орт не ответил.
Каэл сделал шаг вперёд.
— Старейшина Гленн, будет составлена запись признания.
— Генерал Арден, — мягко сказал Орт, не глядя на него, — вам стоит быть осторожнее. В этом деле имя вашего рода звучит чаще, чем вы можете себе позволить.
— Моё имя уже звучит.
— Не ваше. Вашего отца.
Виона повернулась к Каэлу.
Тень прошла по его лицу.