- Я хочу, чтобы вы были готовы, - продолжает Ирина. - Это не должно стать для вас сюрпризом.
Я смотрю на нее и вдруг чувствую, как внутри поднимается что-то горячее. То, что я считала умершим.
- Спасибо, Ирина, - говорю спокойно. - Я поняла. Можете идти.
Она смотрит удивленно, но встает.
- Завтра в шесть. Не опаздывайте.
- Не опоздаю.
Дверь закрывается.
Я остаюсь одна.
И в тишине этой стерильной квартиры я вдруг начинаю улыбаться.
Он хочет, чтобы я была оберткой? Подарком? Трофеем?
Он думает, что я буду стоять и улыбаться, как дрессированная собачка?
Глупый…
Он забыл, кто я такая.
Я сама забыла…
Он забыл, что именно я была той, кто не побоялся задрать рубашку перед черным джипом. Что именно я была той, кто держал за яйца весь Ростов, потому что была его женщиной… Его единственной. Его киской.
А эти... жена, любовницы, гости - они появились потом. Когда меня не было.
Я была первой.
Я была той, которую он хотел по-настоящему.
И я покажу ему, что та Алина не умерла. Она просто ждала своего часа.
Глава 9
Загородный комплекс. День юбилея.
Шесть вечера.
Машина подана ровно минута в минуту. Черный мерседес с тонированными стеклами. Молчаливый водитель. Короткая дорога по большой ухоженной территории. Я помню, что когда-то здесь был заброшенный советский санаторий, где любили мародерствовать и играть в сталкеров подростки. А он превратил это место в рай…
Огромный особняк в современном стиле, подсвеченный со всех сторон. Дорогие машины у входа. Вахтеры на парковке. Охрана с микронаушниками.
Меня проводят внутрь, в отдельный номер на втором этаже.
На кровати разложено платье.
Я смотрю на него и усмехаюсь.
Черное, закрытое, бархатное…
Рядом с платьем - пакет. С бельем, которое он привозил утром. Конечно, это же «обертка подарка».
Я беру его в руки. Смотрю на эти веревочки, на это кружево, на эту откровенность.
Кружево жжет руки.
Принимаю душ и переодеваюсь. Смотрю на свое отражение в зеркало. А ведь красивая… Или снова начала верить в то, что красивая? Почему за эти годы в Москве я настолько слилась с серой действительностью, что это понимание напрочь вылетело из головы… Я не чувствовала себя женщиной. Да. Просто винтиком в большой системе, песчинкой в огромном городе, но не красавицей, вокруг которой крутится мир.
Так может плюнуть на условности, гордость и нагнетаемое внутренними шорами чувство уязвимости? Может почувствовать себя женщиной? Вожделенной… Да, я всего лишь его прихоть… Но ведь из сотен тысяч этот способный на все мужчина снова выбрал именно меня…
В дверь стучат- и я быстро накидываю на себя пеньюар.
Ирина.
Тоже в праздничном, но максимально строгом, чтобы ни на секунду не было сомнения, что она тут просто для работы…
- Вы расположились, Алина? Все понятно? На кровати платье, которое нужно надеть на торжество. В шкафу… еще одно платье. Его наденете, когда удалитесь наверх, ждать Рустама Юсуповича.
То, как цинично и спокойно, я бы даже сказала, буднично, она говорит про то, что по факту означает совсем не деловые вопросы, посылает по телу ток. Даже странно… Такая умная, респектаьельная Ирина- и объясняет мне, какое платье надевать для людей, а какое - для развлечения Рустама…
Я снова остаюсь одна. Подхожу к шифонеру… А там… Там наряд совсем другого порядка… Тоже черная струящаяся ткань, открытая спина, разрез до бедра… Шикарно, дорого, открыто…
Внутри сразабывает протест…
И даже горькая усмешка…
Он ведь не убьет меня за прихоть?
А может и убьет…
Плевать. Мое сердце итак посеченное выстрелом шрапнели. Чувствую именно так…
Я выбираю этот наряд, оставляя тяжелый бархат на кровати нетронутым… Из зеркала на меня теперь смотрит ослепительная соблазнительница.... Волосы - распустить, как он любит. Белоснежная копна до пояса. Максимум естественности, минимум косметики - только глаза подведены чуть ярче, только губы блестят.
Я смотрю на себя в зеркало.
Из зеркала на меня смотрит ОНА.
Дикая Алина, пара опасного бандита. Ростовская, дерзкая бестия…
Та, что задирала рубашку перед джипом. Та, что не боялась управлять тем, кто держал в страхе весь город. Та, что была Его единственной…
- Ну что, киска, он ведь хотел показать тебе твое истинное место… - шепчу я своему отражению. - Покажем ему, кто ты на самом деле?
Глаза в зеркале горят зеленым огнем.
Спускаюсь в обозначенное время по помпезной мраморной лестнице.
Зал гудит.
В моменте, когда я оказываюсь в пролете, выводящем в зал, музыка, кажется, стихает.
Потому что все смотрят на меня.
Мужчины - с открытыми ртами. Женщины - с плохо скрываемой завистью. Официанты замирают с подносами. Охрана провожает взглядами.
Я знаю, как я выгляжу.