Тагир волновался за меня, порывался потащить меня к местному эскулапу, но я отбилась – у меня были рекомендации моего врача, таблетки, которые я стала принимать, ну и овсяная каша – лучшее лекарство для больного желудка.
– Понимаю, не то море, которое ты хотела.
– Тут волшебно, очень красиво. И я хотела просто быть с тобой.
– Правда?
– А ты еще не веришь?
– Мне еще кажется, что это сон. Проснусь, а маленькая Роза с колючками отталкивает меня, говоря, что ей не нужен горец с Кавказа.
– Фу, это ужасно, Тагир.
– Но ведь ты так думала?
– Просто потому, что была уверена – ты шовинист, ненавидишь таких как я и вообще…
– Что?
– Презираешь, считаешь…
– Кем…
– Не хочу говорить. Ты сам понимаешь.
– Саша…Прости меня…
– За что?
– За тот первый день. Я был не прав.
– Когда именно?
– С первой минуты. Мои взгляды, мои слова, то, что я предложил деньги…
– Еще и так мало! – гляжу на его вытянувшуюся физиономию и смеюсь.
– А ты в курсе, сколько предлагают? – внезапно он смотрит серьёзно.
И я тоже отвечаю серьёзно, потому что знаю.
– А ты думал, мне не предлагали? Это предлагают всем. От этой грязи нельзя спрятаться ни за каким контрактом. Эти люди… они как-то вползают в нашу жизнь, паутиной оплетают невидимой. У многих девочек просто выбора нет – они изначально попадают к нечистоплотным агентам.
Мне не хотелось обсуждать это с ним, но я говорила, говорила… Вспоминала подружку, которая стала эскортницей, потому что за подиум ей платили сто долларов за выход, а за секс с богатым папиком она сразу получила пять тысяч. Еще и переживала, что не девственница, сглупила по молодости, не думала, что можно продать. А другая хвасталась, как восстановила и продала. А третья – как продала реальную. Всё это было, если и будет. И мне просто повезло, что вся эта мерзость прошла мимо меня.
Тагир обнимал меня, и я знала, что он чувствует, знала, что он скажет.
Предложит бросить всё, закончить карьеру модели.
На самом деле я и сама об этом думала.
Закончить после свадьбы.
Просто у меня уже было несколько отличных предложений на это лето, реально шикарных. От известного нашего модельера и от пары западных компаний. Я не хотела отказываться. Но, пожалуй, на этом бы закрыла тему.
Это было бы красиво.
В Москву мы так же прилетели на частном самолёте.
Лала и Султан летели с нами.
Я была благодарна Тагиру, что он повёз меня домой, ко мне домой, не к себе.
– Останешься?
– Если разрешишь…
– Конечно разрешу, любимый…
Ночь была горячей, страстной, какой-то необыкновенно чувственной. Он словно преклонялся моему телу, боготворил его, поклонялся. Целовал каждый сантиметр кожи, что-то шептал. Ласкал, доводя до грани губами, пальцами, заставляя кричать, биться в судорогах сладкого финала, выгибаться, прижимаясь ближе, требуя, моля…После он вколачивался в меня с какой-то немыслимой скоростью, кончал, рыча, со стонами страсти и продолжал дальше, не вынимая. Выбивая из моего хрупкого тела оргазм, за оргазмом, пока я просто не отключилась, не забылась на время.
Очнулась и утонула в его глазах, черных как омуты.
– Что ты так смотришь?
– Сам не знаю. У меня такое чувство, что, если я перестану смотреть – ты исчезнешь и всё.
– Я не исчезну.
– Пообещай мне…
– Я клянусь. Я люблю тебя, Тагир, люблю…
У меня совсем не осталось сил, но я показала ему глубину своей страсти.
Через несколько дней Тагир снова улетел домой – по работе. Предлагал мне с ним, но у меня как раз началась подготовка к очередной неделе моды в Москве, я не могла её пропустить никак.
Расставание было почему-то очень болезненным. Я плакала. У меня снова начались проблемы с желудком.
Пыталась скрыть от него своё состояние.
– Ну что ты, малыш? Давай, бросай всё, летим со мной.
– Нет, не могу, просто… возвращайся скорее.
– Мне нужна неделя и потом я весь твой. Надеюсь, ты тоже выделишь мне время.
– Тагир!
– Правда, может сможешь освободить в своём плотном графике несколько дней и мы улетим на острова?
– Я подумаю, любимый. Я просто хочу быть рядом.
– Я тоже. И у нас с тобой много дел, надо готовиться к свадьбе. Выбирай платье, моя принцесса.
– Платье? Любое? Или… у вас же какие-то обычаи да? Оно должно быть закрытым?
– У нас будет светская свадьба тут, в Москве, а потом в республике – мама всё подготовит сама.
Мне это казалось немного странным, но в принципе – что такого? Мать жениха ведь всё знает? Еще мне поможет Лала.
Как раз с Лалой мы едем выбирать платье.
Я привередлива. Мне ничего не нравится.
Это Лала охает, вздыхает, чуть не плачет, когда я снимаю очередной шедевр, разочаровано бурча.