Осколки первой любви. Его наваждение Страница 90 из 151
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 90 из 151

Влетаю в свой номер, срываю с себя халат и встаю под обжигающе горячий душ, словно вода может смыть не только его прикосновения, но и чувство вины. Быстро одеваюсь, хватаю сумку и выскальзываю из номера, молясь всем богам, чтобы не столкнуться с Русланом. Спускаюсь по лестнице вместо лифта, отдаю ключ на ресепшен и вырываюсь на улицу, жадно вдыхая свежий утренний воздух. Останавливаю первое попавшееся такси и прошу отвезти меня на автовокзал. Я просто не могу сейчас быть рядом с Русланом. Я вообще не представляю, как мы будем работать вместе после случившегося.

Когда такси подъезжает к автовокзалу, телефон в моей сумке начинает звонить. Это Руслан, ну конечно, кто же еще. Я колеблюсь, но все же отвечаю, ощущая, как сердце стучит где-то в горле.

– Где ты, Ань? – Его голос звучит напряженно.

– Я уже еду в город на автобусе, – лгу я, хотя до автобуса мне еще нужно купить билет.

– Почему ничего не сказала мне? Опять сбежала…

– Потому что я не могу сейчас находиться с тобой в одном пространстве, – честно отвечаю я.

Наступает пауза – такая тяжелая, что я слышу его дыхание, и от этого по коже бегут мурашки.

– А что дальше, Ань?

Я закрываю глаза, чувствуя, как внутри все сжимается от вопроса, на который у меня нет ответа.

– Я не знаю, прости… – шепчу я и обрываю связь, словно перерезаю последнюю связывающую нас нить.

Выхожу из такси и спешу прямиком к кассе. Мне везет – ближайший маршрутник отходит через десять минут, и места еще есть. Покупаю билет и сразу иду к автобусу, который уже стоит у входа в ожидании пассажиров.

Четыре часа в дороге со всеми остановками пролетают как в тумане, как бы я ни хотела оттянуть момент возвращения домой. Смотрю в окно, но не вижу проносящихся мимо пейзажей. Все, о чем я могу думать, – это предстоящая встреча с Кириллом. Как я посмотрю ему в глаза? Что скажу? Смогу ли я скрыть свою вину, которая, кажется, написана на моем лице?

Ни Кирилл, ни Руслан за это время не позвонили ни разу, и это одновременно дарит мне облегчение и новый источник тревоги. Меня разрывает изнутри от противоречивых чувств. Теперь, когда я знаю, что Руслан бросил меня только ради моего спасения, как мне к нему относиться? Как мне простить его вот так, разом? Как забыть ту бездонную пропасть боли, в которой я жила все эти годы? И как я могу предать Кирилла, с которым строила жизнь почти пять лет, за которого согласилась выйти замуж, семья которого приняла меня как родную дочь? Для меня это не пустой звук.

Но, с другой стороны, как я могу быть с Кириллом, если мои мысли постоянно возвращаются к Руслану? Если даже во сне я жажду его прикосновений? Если сегодня утром я отдалась ему с такой страстью, о существовании которой даже не подозревала?

Впрочем, кто сказал, что мы с Русланом смогли бы быть вместе, если бы в прошлом все сложилось иначе? Возможно, мы бы повстречались какое-то время, а потом просто расстались, как расстаются миллионы пар. А с Кириллом у меня уже есть история, стабильность, общие планы на будущее… И теперь к моим чувствам к нему добавилось еще одно – это всепоглощающая вина, которую я буквально осязаю кожей.

Автобус прибывает в город по расписанию, и, прежде чем вернуться домой, еду к маме в больницу. В ее палате застаю лечащего врача Андрея Владимировича Соколова, с которым мы уже знакомы.

– В понедельник уже можно будет забрать Людмилу Михайловну домой, – говорит он с ободряющей улыбкой. – Она большая молодец, организм хорошо справляется после инсульта.

Я благодарю его, обнимаю маму, но ее почти сразу увозят на процедуры, так что мы даже не успеваем нормально поговорить. До дома решаю пройтись пешком, чтобы собраться с мыслями перед неизбежной встречей с Кириллом.

По дороге звоню на работу и сообщаю Алесе, секретарю Руслана, что только что вернулась из командировки и сегодня буду работать из дома.

– Поняла вас, передам Руслану Витальевичу, – отвечает она с профессиональным безразличием и сразу же кладет трубку.

Через двадцать минут на подгибающихся ногах поднимаюсь в квартиру и с облегчением понимаю, что дома никого нет. Сразу проверяю вещи Кирилла и, найдя их на месте, испытываю странную смесь успокоения и тоски. Если бы он уехал в Москву, мне было бы в какой-то степени легче.

Звоню ему, но он не отвечает. Иду на кухню, чтобы поставить чайник, и нахожу на столе завтрак, заботливо прикрытый салфеткой. Это так в духе Кирилла – мы поругались, он обижен, но все равно позаботился обо мне. От этой мысли чувствую в сердце болезненный спазм, а вина за утро с Русланом давит еще сильнее.

Завтракаю на автомате и падаю на кровать, эмоционально вымотанная и опустошенная. Очень скоро проваливаюсь в беспокойный сон, но через пару часов просыпаюсь от звука открывающейся двери.

– Ань, ты дома? – Голос Кирилла эхом разносится из прихожей.

Встаю с постели, выхожу к нему и замираю на месте. Вместе с Кириллом в прихожей стоят его родители: Елена Викторовна и Павел Сергеевич.

– Сюрприз, – произносит Елена Викторовна и тянется ко мне, чтобы обнять, пока сама я не могу сдвинуться с места…

Глава 21. Анна Богданова

Скорее по инерции делаю шаг вперед и обнимаю маму Кирилла. От нее пахнет знакомыми духами – легкими, с тонкими волшебными нотками ванили и вишни. Это любимый аромат Елены Викторовны, который ассоциируется у меня с теплом и защищенностью.