Осколки первой любви. Его наваждение Страница 91 из 151
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 91 из 151

– Как же я рада тебя видеть, девочка моя, – шепчет она мне на ухо, крепко прижимая к себе.

Горло непроизвольно сжимается, и я едва сдерживаю подступающие слезы. Елена Викторовна всегда относилась ко мне как к родной дочери. Она никогда не давила, не лезла с советами, но всегда была рядом, когда нужна была поддержка.

– Я тоже очень рада вас видеть, – выдыхаю я, и это чистейшая правда. Несмотря на шквал эмоций от их внезапного появления, мое сердце переполняется искренней радостью.

Женщина чуть отстраняется, ее глаза светятся теплом, когда находят мои.

– Прости, что без предупреждения, милая. Но у нас с Пашей внезапно образовался отпуск, а Кирилл рассказал, как тебе тяжело с мамой, еще и работать приходится… – Ее голос полон сочувствия. – Мы просто не могли оставаться в стороне.

Я перевожу взгляд на Кирилла. Он улыбается, но в его глазах читается небольшое напряжение. Неужели он боится моей реакции?

– Да и с Людмилой Михайловной давно пора познакомиться, – продолжает мама Кирилла с воодушевлением. – Мы ведь одна семья! Кирилл сказал нам, что ты приняла его предложение, так что ты теперь официально наша будущая невестка! Вы уже обсуждали, когда хотите сыграть свадьбу? Мы со своей стороны всем поможем.

Я застываю, словно меня поразила молния, пытаясь выдавить улыбку. Мне ведь нечего возразить – я действительно согласилась стать женой Кирилла. Теперь мы помолвлены. Но перед глазами мелькают кадры сегодняшнего утра. Руки Руслана, блуждающие по моему телу. Его губы там, где никогда не должны были оказаться…

Я чувствую, как кровь приливает к щекам, и молюсь, чтобы они списали это на смущение от неожиданной встречи. Стыд и вина накрывают меня беспощадной снежной лавиной. Как я могу стоять здесь, принимать объятия этих прекрасных людей, когда всего несколько часов назад я изменила их сыну.

– Добро пожаловать в семью, Анечка. – Голос Павла Сергеевича звучит так по-доброму, что сердце сжимается. Он обнимает меня вслед за женой, и его объятия – крепкие, надежные – словно объятия отца, которого у меня никогда не было. – Мы так рады за вас с Кириллом.

Я вижу в его глазах искреннюю теплоту. Он всегда относился ко мне с уважением, всегда интересовался моим мнением, моими делами. Никогда не смотрел свысока, как на бедную девушку из провинции, которая захотела красивой московской жизни.

В том-то все и дело – родители Кирилла чудесные, удивительные люди. Они вошли в мою жизнь ровно тогда, когда я больше всего нуждалась в семье и поддержке. Они подарили мне заботу и родительскую любовь, которой мне всегда не хватало.

– Спасибо, Павел Сергеевич, – немного растерянно отвечаю. – Я тоже очень рада.

– Ну что ты, Анечка, какой я тебе Павел Сергеевич? – смеется он. – Если хочешь, можешь теперь называть меня папой. Мне будет очень приятно.

От этих слов у меня замирает сердце. Я не знаю, что ответить. У меня никогда не было отца, а тот человек, которого считала папой и который ни разу не захотел увидеться со мной, оказался никем. Для меня это слово чужое, неизведанное, но мне так приятно, что Павел Сергеевич сделал такой шаг.

Я не заслуживаю этих удивительных людей, не заслуживаю их доброты.

– Не волнуйся, моя хорошая, – успокаивает меня Елена Викторовна, неправильно истолковав мое замешательство. – Мы не будем вам мешать. Кирилл снял нам квартиру в этом же доме, на два этажа ниже. Но мы всегда будем рядом, чтобы помочь в случае чего.

Ее пальцы нежно обвивают мою ладонь.

– Я ведь в молодости работала медсестрой несколько лет. Так что вполне могу помогать тебе с мамой. Кирилл рассказал, что ей предстоит долгая реабилитация после инсульта. Я прекрасно понимаю, каково это.

Киваю, не в силах произнести ни слова. Они приехали помогать. Они хотят быть рядом, заботиться. Они считают меня частью своей семьи.

– Спасибо вам, – наконец произношу я, и улыбка расцветает на моем лице. – Я правда очень рада вас видеть.

И это не ложь. Я действительно рада. Но чувство вины перед Кириллом теперь автоматически распространяется и на его родителей. Они уж точно не заслуживают того, чтобы их сына обманывали.

Но я ведь не хотела этого. Сегодня утром Руслан воспользовался моей уязвимостью, пока я спала. В сознательном состоянии я бы никогда не допустила ничего подобного. Но память тут же услужливо подкидывает мне воспоминания о вчерашнем вечере. Как его руки и губы блуждали по моему телу, а я не сопротивлялась. Если бы не моя обида, я бы позволила этому случиться еще вчера.

И все же Руслан воспользовался ситуацией. Переступил черту. Он не имел права заниматься со мной оральным сексом без моего согласия, и его ничто не оправдывает. Теперь все стало еще сложнее и запутаннее…