Пленники белых ночей Страница 22 из 24
Скорость
7
Главы
0%
Страница 22 из 24

– Смогу, – уверил Костик. – Ты же говорил про автопилот? Вот. Это, наверное, несложно. – И с горечью признался: – Я должен что-то сделать. Хоть что-то. Потому что я трус. Мог бы остаться со Стивой. Но этот… Аластар… Это он стер мне память. Я его боюсь.

«Аналогично», – вяло подумал Митя.

С трудом держась на ногах, он включил автопилот и в двух словах объяснил Костику, что к чему.

А потом Мите стало так плохо, что он катался по палубе и громко стонал. Однако в салон не уходил. Вдруг Костик не справится?

Но Костик справился.

Глава 6

Радуга

В какой-то момент Митя почувствовал, что ему стало легче.

Вязкая муть отступила. Голова начала проясняться. Он смог сесть на палубе, а потом и встать на неверных ногах.

Мерзкое пение сирен больше не мучило его, не выворачивало сознание наизнанку.

Загудел колокол – низко, тревожно.

Они подплывали к Александро-Невской лавре.

Вода здесь поднялась ровно до естественной высоты, на которой стоял монастырский комплекс. Так что яхта со стороны затопленного Никольского кладбища смогла подойти к самым стенам лавры.

Митя навел справки в телефоне и узнал, что мощи святого Александра Невского находятся в Троицком соборе.

Спустили трап, и парень ступил на него.

– Я, пожалуй, здесь останусь, – вдруг заявил Костик. – Вряд ли святому князю понравится, что по лавре бродит мистическая сущность.

Скелет развел руками, словно извиняясь за то, что вынужден оставить друга в самый ответственный момент.

– Я тоже останусь, – сказала Лиза, опустив глаза и протягивая Мите серебряный ключ.

Митя хотел было возразить девушке. Она человек! В ней всего одна восьмая «русалочьей крови»! Но подумал, что даже крошечная ошибка может сорвать жизненно важную для города операцию.

Он должен справиться один!

Митя принял ключ, коротко кивнул и сбежал по трапу.

Перед открытыми воротами остановился и оглянулся. Лиза и Костик стояли на палубе и смотрели ему вслед с тревогой и надеждой.

Митя бодро помахал друзьям – мол, все будет хорошо! Они помахали ему в ответ.

Территория лавры, по которой бежал Митя, была безлюдна. Здесь, как и везде, шел дождь, но не сильный и не злой.

Низко и густо гудел колокол, наполняя воздух тревожной вибрацией.

Парень пробежал еще через одни ворота и очутился перед входом в Троицкий собор – поражающий своей высотой храм с круглым куполом и двумя колокольнями.

По бокам от двери стояли исполинские белые колонны, словно светлые могучие воины, замершие в почетном карауле.

Митя открыл скромную по сравнению с колоннами дверь и ступил в огромное торжественное пространство храма. Несмотря на то что свет, льющийся из высокого купола, был сер и неуютен, оно мерцало и золотилось.

Здесь пылало множество свечей. Их зажигал какой-то бесплотный, похожий на тень монах, который бесшумно скользил из одного угла храма в другой.

Гробница святого Александра Невского, как уже знал Митя, находилась за правым клиросом.

Это было величественное многоступенчатое сооружение, созданное по приказу Елизаветы из первого русского серебра.

Огоньки свечей отражались в многочисленных выпуклых изображениях, украшавших ковчег: картинах славных побед князя, фигурках ангелов, медальоне с эпитафией, воинских доспехах, мечах и щитах, барельефе самого Александра Невского со знаменем в руках.

Митя шагнул к саркофагу и опустился на колени.

И растерялся. Он не успел приготовиться к столь невероятной встрече, и все нужные слова от волнения вылетели из головы.

Припомнилось, что говорил Костик: во-первых, надо уговорить Александра Невского спасти город.

– Святой благоверный Александр Невский, – начал Митя. – В этот гибельный для Петербурга час обращаюсь к тебе с великой просьбой. – Он поклонился и взволнованно зашептал: – Может быть, ты сначала и не любил этот город… Град своенравного Петра, в который тебя привезли насильно… И, не спросив твоего согласия, назначили его Небесным покровителем… Недаром ты, как говорит легенда, два раза возвращался в родной Владимир… Но теперь! – почти воскликнул Митя. – Теперь, когда ты пережил вместе с его жителями две мировые войны и три революции! Все трагедии, невзгоды и лишения, выпавшие на долю русской столицы! Когда твоя судьба переплелась с нашей судьбой… Я верю, что град Петра за триста лет стал тебе родным. Так стань же его истинным Небесным покровителем! Спаси город!

Потом Митя шептал еще что-то, не совсем оформленное в ясную речь. Какие-то нескладные обрывки фраз, которые были невнятны, но горячи и убедительны.

Наконец он выдохся и замолчал.

И вновь растерялся. А как теперь сделать самое главное – открыть раку?