С силой бились о дно, обрушивали на кораблик яростные волны, висли на бортах, пытаясь перевернуть суденышко. Тянули из воды несоразмерно длинные руки, стараясь ухватить кого-нибудь из пассажиров и стащить в воду.
Лиза, Митя и Костик сбились к середине катера. Митя читал заклинания-обереги, но они, увы, не имели никакого видимого воздействия.
Стиву русалки не трогали. Вероятно, чуяли, что с ним лучше не связываться.
Чем ближе к центру, тем неистовее бесновался ветер, его свист заглушал уже все звуки. Нева ходила ходуном. Сверху лило так, что казалось: небо и река уже почти поменялись местами.
Навстречу все гуще шли нагруженные людьми суда – катера и яхты. Вот они уже слились в сплошной поток. Но никто в суматохе не обращал внимания на странный катер, который на виду у всех атаковали русалки.
Между тем мерзким водяным девам удалось-таки пробить дно, и в салон хлынула вода.
К счастью, ребята и скелет плыли уже над Дворцовой набережной и видели цель – бледно-зеленое здание Эрмитажного театра со скульптурой и белыми колоннами. Оно действительно было затоплено до окон второго этажа. И водная поверхность, вздыхая, казалось, ежеминутно поднимается.
Митя успел отметить на всякий случай, что к стене театра прибило небольшую, должно быть, брошенную яхту. Раньше она стояла на якоре здесь, неподалеку, в салоне, и на палубе располагалось уютное кафе.
Тут сверкнула молния и грянул гром. Налетела огромная волна, подхватила полузатопленный катер и со страшной силой швырнула его о большую белую колонну.
…Митя, инстинктивно работая руками и ногами, выскочил на поверхность воды, хватая ртом воздух.
Вокруг плавали обломки катера.
Парень тревожно закрутил головой. Где все? Где ребята? Где Костик?
Наконец он увидел русую головку Лизы с распластанной по поверхности воды косой и кинулся было к ней на помощь. Но тут же убедился, что сейчас девушка нуждается в помощи гораздо меньше, чем он сам.
Лиза быстро и уверенно подплыла к стене и попыталась открыть разбитое окно. Это, однако, ей не удалось. Тем не менее среди бурлящих мутных потоков смолянка чувствовала себя совершенно органично. Точь-в-точь рыба в воде. Впрочем, что еще можно ждать от девушки, в жилах которой течет «русалочья кровь».
Тем временем к Лизе подплыл Стива, открыл окно и стал помогать девушке забраться внутрь.
А где же Костик? Он, конечно, сущность мистическая и вряд ли может погибнуть там, где погибают люди. В крайнем случае опустится на дно Невы. И будет там бродить, не зная, как выбраться. Ищи его потом.
Вот Лиза уже забралась в окно. Стива оглянулся, увидел Митю, помахал ему рукой и показал куда-то вбок. Митя понял, что там он видит Костика. Оба молодых человека поплыли в указанном направлении.
И да, там был Костик. Он держался за какую-то доску и явно тонул.
Митя фыркнул. Тоже мне, мистическая сущность! Вероятно, по части собственно скелета Костик все-таки чересчур материализовался.
Увидев своих спасителей, скелет смущенно забормотал:
– Да что вы, право… Тратите на меня свои силы… Я бы уж как-нибудь… Не собирался тонуть… Так вышло…
– Держись! – приказал Стива.
И Костик, не заставляя себя долго упрашивать, цепко ухватился за парней. Так втроем они доплыли до окна и, помогая друг другу, забрались внутрь.
Там их ждала Лиза.
Маленькая компания оказалась в помещении, плотно заставленном мебелью.
– Нам надо на сцену, – сказал Стива. – Это должно быть рядом.
Они вышли из комнаты и оказались в узком темном коридоре. Вероятно, в здании отключили электричество.
Стива посветил фонариком на телефоне. Митя тоже выхватил свой и с радостью убедился, что гаджет не пострадал от принудительного купанья.
Невдалеке, на противоположной стене, показалась дверь с обнадеживающей табличкой. Кинулись к ней. И правда, на табличке было написано «Сцена».
Но дверь оказалась заперта!
Стива зашевелил губами, должно быть, читая неведомые Мите заклинания. Однако дверь не дрогнула.
– Тогда сюда, – приказал Стива.
Рванули за ним и попали в еще более узкий коридор, который плавно свернул направо. Впереди забрезжило, словно свет в конце тоннеля.
И они действительно выскочили на свет! В огромное роскошное фойе, которое находилось прямо над аркой, переброшенной через Зимнюю канавку.
Фойе было до краев наполнено пасмурным дневным светом. Он лился из высоких венецианских окон, за которыми ревела Нева и сверкали молнии.
Ребята оказались прямо у входа в зрительный зал. Туда вели высокие двери, обе створки которых были распахнуты.
Вбежали в зрительный зал и на пороге невольно замешкались. Там было довольно темно, свет падал только из фойе.
И все же вполне можно было разглядеть, что это пространство представляет собой амфитеатр. Зрительные ряды ступенями нисходили к непривычно глубокой сцене. Тогда как сам зал выглядел совсем небольшим.