Она не ответила. Глаза у неё были серые, как утренний лёд.

За стеной снова прозвучал шёпот. На этот раз я не услышала в нём мать. Наверное, потому что держала в руке чужого ребёнка и смотрела на другого. Тени не успевали обмануть всех сразу, если кто-то оставался рядом.

— Посмотри на меня, — сказала я девочке. — Твоя мама не там. Там голос, который хочет забрать тебя.

Она моргнула, но не двинулась.

Со стороны лаза вынырнула тень. Она скользнула по земле, вытягиваясь к нам. Тир вскрикнул и дёрнул меня назад. Я схватила девочку за плечи и потянула на себя. В тот же миг острая боль полоснула по боку. Не коготь, не зубы — холодный край тени прошёл по ткани и коже, оставляя за собой жжение, как от ледяного железа.

Я не вскрикнула только потому, что дыхание сбилось.

— Бегом! — крикнула я.

Мы бросились к боковому проходу. Тир держался за мой пояс, девочку я тащила за руку. Она наконец очнулась и побежала сама, спотыкаясь, хрипло дыша. Из двора нам навстречу выскочил Нэйт. Без приказа, без разрешения, с кольцами в руках.

— Сюда!

Он ударил связкой по камням, и звон разорвал шёпот у нас за спиной. Тень отпрянула. Мы успели протиснуться между бочками. Варр с рыжебородым наставником подхватили детей и втянули во двор.

Я вышла последней.

И только тогда поняла, что куртка на боку мокрая. Сначала подумала — вода из канавы. Потом увидела тёмное пятно на ладони.

Руми, стоявший рядом с Нэйтом, смотрел на меня огромными глазами.

— У вас кровь.

Нэйт резко повернулся ко мне. В его лице мелькнуло что-то похожее на ужас, и он тут же спрятал его за злостью.

— Я говорил, что не надо сюда лезть!

— Говорил, — согласилась я, прижимая ладонь к боку. — Но ты же сам не слушаешь, когда говорят не лезть.

Он открыл рот, но не нашёл ответа.

Варр подхватил меня под локоть.

— В кладовую. Быстро.

— Дети?

— Внутри. Все.

— Посчитайте.

— Я сказал, все!

— Посчитайте, — повторила я.

Он выругался, но обернулся к наставникам:

— Пересчёт! По бараку и двору! Имена вслух!

Дети начали отвечать. Один за другим. Нэйт. Ильма. Руми. Тир. Сая. Орен. Мил. Рада. Голоса разной высоты, испуганные, сорванные, живые. Я слушала их, пока Варр вёл меня к кухонной кладовой, и каждый голос почему-то держал меня на ногах лучше его руки.

Внутри было тепло от кухонной стены. Меня усадили на лавку, рыжебородый наставник принёс чистое полотно и горячую воду. Я посмотрела на него с такой усталой насмешкой, что он сам поморщился.

— Для промывания раны, — буркнул он. — Это не нежность.

— Я и не надеялась.

Рана оказалась не глубокой, но длинной, от нижнего ребра к боку. Кожа вокруг побелела, потом покраснела, будто холод тени сначала выжег тепло, а затем тело решило вернуть его силой. Варр работал молча, довольно умело. Я стискивала край лавки и смотрела в стену, где висели связки сухих трав для кухни, деревянные ложки и маленький треснутый ковш.

— Тень задела, — сказал он.

— Это опасно?

— Если бы взяла глубже, вы бы не спрашивали.

— Утешили.

Он перевязал бок плотной полосой ткани.

— Вы нарушили порядок обороны.

— Я вывела детей.

— Вы могли погибнуть и оставить нам ещё одну проблему.

— Но не оставила.

Варр поднял на меня взгляд. В нём уже не было той насмешливой усталости, с которой он встретил меня у ворот. Теперь он смотрел так, словно пытался решить, кем я являюсь: помехой, безумной бывшей женой альфы или человеком, которого придётся учитывать.

— Вы не должны были идти за ними, — сказал он.

— А кто должен был?

Ответа не последовало.

Дверь кладовой приоткрылась. На пороге стояли Нэйт, Ильма и Руми. Руми держал Клыка, Нэйт — сигнальные кольца, Ильма сжимала край своей рубахи. Все трое выглядели так, словно их застали за чем-то запрещённым, но уходить они не собирались.

— Чего встали? — спросил Варр.

Нэйт посмотрел на меня, не на него.

— Все на месте.

— Я слышала, — сказала я.

— Тир говорит, вы его вытащили. Сая тоже.

Значит, девочку звали Сая. Я запомнила.

— Они сами бежали.

— После того как вы за ними полезли.

Руми сделал шаг вперёд.

— Клык сказал, что вы теперь тоже с поясом.

Я не сразу поняла. Потом увидела, что он смотрит на мою повязку. Нэйт закатил глаза, но без прежней злости.