Случайный папа Страница 49 из 123
Скорость
7
Главы
Оглавление в файле не найдено.
0%
Страница 49 из 123

Наверное, все же не зря срок беременных измеряется не месяцами, а неделями. Меня не было четыре дня, а такое ощущение, что я уже многое упустил. Имя мальчика она сказала не мне, а Егору. Понятно, что не Кадило, и все же. Я вообще был уверен, что она давно знает пол ребенка, а нет.

Интересно, кто же там прячется?

Увеличиваю фото, как будто так будет проще догадаться. Двигаю фото по экрану вверх и рассматриваю улыбку.

Вновь уменьшаю снимок, чтобы охватить ее взглядом всю. Счастливая. Она кажется счастливой и беззаботной. И какой-то слишком открытой, а потому и слишком ранимой. Тянет не просто ей написать, а услышать ее.

Смешная. С ней часто хочется улыбаться. Она жалуется, что начинает сходить с ума без работы, а я смеюсь. Тоже мне проблема – разрулить ее проще простого. Нет, куда проще было бы просто дать денег, но она не возьмет. Но и с вакансией проблем не возникнет.

Только завершив разговор и еще раз взглянув на снимок, понимаю, почему на душе становится легче и раздражение на фестиваль исчезает. Потому что в этом счастье, которое хлещет с экрана, для меня тоже находится место.

– Что ты там рассматриваешь?

Марина идет неспешно. Несложно спрятать смартфон или просто отмахнуться, списать на пустяк.

Нет, это не пустяк. Это важно.

Я позволяю ей приблизиться и не прячу экран, когда она обнимает мои плечи и склоняется ниже. Несколько секунд она рассматривает снимок Натальи. Видя, что я не против, проводит пальцем по стеклу и открывается фото, где Наталья с Егором.

Я слышу ее медленный выдох.

И то, как облегченно звучит ее голос:

– Это его девушка, да?

– Нет. Это мать моего ребенка.

Глава 21

Лука

Пальцы Марины сжимают мои плечи, а потом отпускают. Мазнув еще раз взглядом по экрану, она выпрямляется.

Поправляет полотенце, взмахивает влажными волосами, заставляя капли воды упасть на обнаженные плечи.

Ловит мой взгляд.

– Сходим куда-нибудь поужинать?

Ее улыбка не кажется вымученной, наигранной. Она ведет себя так, будто ничего не случилось. Может, не знает, как об этом спросить?

– Ее зовут Наталья, – говорю я. – Это произошло до тебя. Я собираюсь участвовать в жизни ребенка.

Она кивает.

– По-другому я и не думала. А то, что она залетела до встречи со мной, понятно по ее животу. Сколько уже?

– Девятнадцать недель.

– Понятно. Так что мы решаем с ужином?

Голос спокойный, нет ни единой ноты волнения или ревности. Пройдясь по номеру, она берет свой телефон, смотрит на время. Обернувшись, лукаво улыбается.

– Если хочешь, можем остаться в номере. Закажем потом доставку.

Ни одного уточняющего вопроса, ни единой претензии. Она ведет себя так, будто ничего не случилось.

Может, и правильно? Отличная реакция, без пустых выяснений, которые ничего уже не изменят.

– Спустимся в ресторан.

И это решение Марина легко принимает. Сбросив с себя полотенце, проходит обнаженной к шкафу, выбирает трусики. Наклоняется, оттопырив попку.

А и к черту! Вместо того чтобы думать, в чем же подвох, нужно просто признать, что мне повезло.

Она не удивляется, когда слышит мое дыхание у себя за спиной. Прогибается, подставляет шею, едва я касаюсь ее волос. Дышит уже тяжело, сама ловит мою ладонь и кладет ее на свою грудь.

– Для нас ничего не меняется…

Слова звучат утвердительно, но расслабляется она, лишь когда слышит ответ:

– Нет.

Трется о мою ладонь, обернувшись, шепчет мне в рот:

– Мне неважно, что у тебя было до меня. Ты со мной. Значит, все остальное не имеет значения.

Она впивается в мои губы, не давая ответить. Подстраивается под мое тело, наполняет желанием. Заставляет забыть, замолчать.

Мы не ищем кровать. Некогда, не нужна. Хорошо, что «защита» оказывается под рукой: оторваться друг от друга было бы сложно.

Марина цепляется за мои плечи, впивается в них ногтями, будто намеренно желая оставить следы. Отдается жадно, неистово, ее губы везде. Шея, лицо –  мелкие поцелуи, укусы, все вперемешку.

Высасывает из меня все посторонние мысли, выбивает их из меня стонами в губы. Несмотря на свои слова, она будто хочет удостовериться, что здесь и сейчас я именно с ней, что между нами больше никого нет…

– Ну что, теперь можем перекусить? – Она расслабленно утыкается в мою шею и водит ладонями по моему телу, особенно по плечам.

– Две минуты.

Зайдя в ванную, становлюсь под душ. Горячая вода смывает усталость от этих дней – насыщенных, но каких-то пустых. Зеркало показывает отметины от ногтей на плечах и отражение Марины, которая отталкивается от двери и приближается.

– И здесь тоже. – Ее пальцы рисуют линии у меня на спине, а потом их сменяют губы и шепот: – Здесь тоже…

Она нажимает пальцем сильнее.

– Больно?

– Нет.

И все равно продолжает зацеловывать метки. Обойдя меня, целует шею, и я вижу в зеркале: да, там, где ползет ее язык, тоже царапина.