Чтобы не тратить магический резерв на перемещение по столице, я оставил Герберта разбираться с госпожой Рауш, а сам выскочил из департамента и поймал карету. Подъезжая к дому, моё сердце тревожно сжималось, потому что я не представлял, что может случиться в контексте того, что появились шарлатаны.

А в доме была тёща.

Я подозревал, что дом может не устоять, несмотря на почти вековые камни в фундаменте.

В принципе, я оказался прав.

На подъезде к особняку было понятно, что произошло что-то невозможное. Окна в алькове гостиной были выбиты, стёклами засыпана брусчатка. Розарий, который закрывал часть забора, пожух, помят, свисал на уровне как раз там, где было окно. Люди начали собираться со всех сторон, и из-за толпы карета не смогла остановиться возле входа.

Я вылез, обвёл взглядом соседей и, недолго думая, повесил на себя отвод глаз, прошмыгнул через задний двор. И когда оказался со стороны чёрной кухни, из гостиной продолжал доноситься вой.

Меня перехватил камердинер, и по его обычно невозмутимому лицу трудно было догадаться, что происходило, но сейчас вся гамма чувств была наружу.

— Имеет место досадная случайность. Никто не мог предположить, что госпожа Дзир будет настолько темпераментной женщиной. Я попробовал, как вы рекомендовали, задержать компанию прохиндеев, которые начали рассказывать о том, что обязательно помогут моему господину справиться со всеми проблемами. Но этот диалог услышала ваша многоуважаемая родственница.

По побледневшему лицу стало понятно, что родственница не только услышала диалог, но ещё и хорошенько в нём поучаствовала.

— Я разберусь, — выдохнул я, уже предчувствуя неладное и то, что разбираться придётся долго.

Я зашёл в гостиную и понял, что тёща перестаралась с эмоциями. Вынесено было не только окно в алькове. Переломанные стулья, несколько диванчиков, чайный столик — всё это было в щепку. Каминная полка, которая славилась своей нерушимостью и которая пережила не один ремонт, устроенный мной, потом Айрой, а до этого моей матерью, крошилась на глазах. Сверху, где был идеально ровный уровень, сейчас выпирали глыбы камней и сыпалась штукатурка. Звон и хруст стёкол ни на мгновение не прекращался.

И в центре гостиной стояла тяжело дышащая многоуважаемая тёща. На ней было домашнее платье, лёгкое, широкое, без пояса, без корсета, но уже с обугленным подолом. Волосы торчали в разные стороны. Такое чувство, как будто её неплохо приложило магической молнией, но она поднапряглась, перековала эту молнию в небольшую мотыгу и решила ответить обидчикам с достоинством.

— Какого демона здесь происходит?

В центре этой впечатляющей картины было ещё то, что под потолком висели трое мужчин. Вид лихой и придурковатый. Наверняка, когда они заявились в мой особняк, выглядели более достойно. У одного я заметил сквозь магические путы герб какого-то баронского дома, не разглядел какого именно. Второй был откровенно протокольной наружности — такого бы увидел в переулке, всё равно бы зарезал. А третий смахивал на блаженного, которого притащили с паперти на всякий случай.

— Дорогой мой, любимый Альваро, это я хочу уточнить: почему появляются какие-то люди, — тяжело, с каким-то придыханием грудным начала моя тёща, — и рассказывают ужасающую своей ложью историю о том, что моя дочь смертельно больна. И если господин Кортес, многоуважаемый глава тайной канцелярии, проявит немного снисхождения и попробует выслушать, что они могут предотвратить самые ужасные последствия для госпожи Кортес, то они будут только благодарны. А когда появляется госпожа Дзир и замечает, что её дочь не больна, её начинают убеждать в том, что их удивительный эликсир обязательно поможет, главное — переговорить с господином. Ты что, считаешь, что я не отличу какого-то проходимца от действительно хорошего лекаря?

— На это и был расчёт. То, что настоящий лекарь не прибудет.

Тёща развернулась, и магические путы слегка ослабли, дёрнувшись и неминуемо стремясь к полу. А потолки у меня здесь были высокие, лететь бедным шарлатанам пришлось бы долго, а потом болезненно опуститься.

— Что ты хочешь сказать?

— Я хочу сказать, что мне надо разобраться и действительно поговорить с этими многоуважаемыми людьми. А вдруг они действительно могут предложить какой-то уникальный эликсир, спасающий от любых хворей?

Но моя тёща не дала время на переговоры. Она щёлкнула пальцами, стягивая магические путы ещё сильнее, так, что морды у проходимцев начали краснеть.

— Госпожа Дзир, позволите мне самому поговорить?