— Нет, конечно, дитя моё. — Альваро улыбнулся и покачал головой. — Все прекрасно знают, что первые драконы появились от Драконьего Бога и Драконьей Богини и потом только научились оборачиваться в человека. Но со временем, как шло время, как менялся мир, человеческая ипостась стала занимать все больше и больше пространства в драконьей душе. Плюс нельзя забывать о том, что помимо драконов были же ещё люди, эльфы, и логично, что контактировать с другими народами удобнее было в человеческой ипостаси.

Я вздохнула и передёрнула плечами, разглядывая фреску Драконьей Богини, которая была светловолоса и сама по себе изящна. Улыбнулась своим мыслям.

Да даже, если Драконья Богиня, когда-то кого надо наделила даром, то у меня волей судьбы этого дара хватало только на злословие.

После храма Альваро решил, что необходимо преподнести небольшой подарок тётушке Беатрис, поэтому мы заехали в ювелирную мастерскую, где долго и достаточно лениво, Альваро выбирал украшения. Со мной не советовался, зная, что я не смогу предположить, что может понравиться его тётушке.

И только, когда солнце стало опускаться к горизонту, тогда карета направилась в сторону дома. Я сидела и гладила Катарину по плечу. Она прижалась ко мне, как котёнок. Дарина задремала на руках у Альваро.

Кусать губы я могла до бесконечности, но только это никак бы не повлияло на то, что побег откладывался и насколько, я не представляла. Но при каждом взгляде на своего мужа, я понимала, что он все знает и он играет со мной, как кошка с мышкой. Ему доставляла удовольствие эта игра и он хотел её видимо растянуть, чтобы просмаковать весь мой страх и панику.

Въехав во двор, карета резко затормозила. Хотя я по ощущениям понимала, что мы ещё не добрались до поворота к конюшне. Нахмурившись, я отодвинула шторку и приоткрыла рот. Альваро свел брови, не понимая в чем дело и первым толкнул дверцу наружу. Почему-то застыл, спустившись со ступеньки. Следом уже вылезли мы с Катариной.

Вторая карета, перегородив подъезд к конюшне, стояла на тропинке и сияла начищенными до рези в глазах, гербами дома Кортес. Только вот карета Элайджи была убрано уже, а это была третья…

И означало это лишь одно.

— Альваро, — мягко прозвучал женский голос из нутра кареты и я прикрыла глаза.

Нет, я не могла в это поверить.

Нет.

Глава 27

Госпожа Эсмина Рауш была моего роста. В принципе, миловидная шатенка. Отличительной чертой её облика являлось тяжёлое, не по погоде, платье из бархата, которое словно бы обтягивало выпирающий живот.

Она вылезла из кареты, придерживая себя за поясницу, и у меня вдруг мозг отключился. Госпожа Караськова впала в летаргию. В этот момент эмоции молодой сударыни Айры Кортес заполонили мой мозг.

Альваро, бросив на меня короткий взгляд, спустил с рук Дарину и, погладив дочку по волосам, резко шагнул к карете госпоже Рауш. Я не представляла, о чем будет разговор и что Альваро сделает в дальнейшем, но, перехватив младшую за руку, я стояла и смотрела во все глаза. Хотелось подбежать и в первую очередь навалять дракону-мужу так, чтобы встать не мог. У меня отошёл на задний план вопрос того, что Альваро всё обо мне знает, потому что сейчас мозг отказывался воспринимать тот факт, что мы не в безопасности и надо как можно быстрее делать ноги.

Госпожа Рауш, охая и вздыхая, заламывая руки, что-то быстро объясняла Альваро. Он хмурился и придерживал её за локоть. Было в этом что-то противоестественное. Такое, от чего меня воротило и казалось, как будто бы со дна желудка поднимался весь завтрак.

— Мама, мама. — Тихо позвала Катя, и я только кивнула. — Мам, это же…

Я снова кивнула. Все всё прекрасно поняли, и мне был непонятен только один вопрос: а что, у нас теперь любовниц надо привозить в тот дом, где живёт жена?

Ей что, мало было столичного особняка? Или как?

— Сядем в карету. — Холодно произнесла я и, развернувшись, помогла дочкам забраться внутрь.

Хлопнула дверью и, открыв оконце к кучеру, произнесла:

— Не уходи никуда. Мы сейчас, скорее всего, уедем в город.

Я понимала, что не собираюсь оставаться на одной территории с какой-то безродной девкой, которая вовремя умудрилась лечь под женатого человека и теперь еще козыряла своим пузом.

Грубо ли это звучало у меня в голове? Да, грубо. Но я не собиралась прикрывать дерьмовую ситуацию кружевной салфеточкой для того, чтобы она стала более лицеприятной.

Альваро чуть было не содрал дверь с петель, когда подошёл к карете. Мы буравили друг друга нечитаемыми взглядами. Такими, что мне хотелось ему глотку перегрызть, а ему меня приговорить.

— Выйди. — Коротко бросил он.

— Мы уезжаем в город. — Произнесла я холодно.

— Выйди, я сказал. — Его голос был похож на скрежет металла.

Я вскинула подбородок и все-таки вылезла из кареты.