Одна из девушек тонко пискнула. Сгорбилась, стала значительно ниже, забегала взглядом по полу. Притом это была не одна из двух болтушек. Да тут даже проверка уже не требовалась, она сама себя выдала.

– Следуйте за мной, – в гробовом молчании приказал Чудовище.

– Зачем? Из-за человечки? – жалобно выдала она.

– Она такая же участница отбора, как и остальные, – грубо припечатал он силой своего голоса и направился к выходу.

Его жертва засеменила следом. Словно на смерть пошла, ей-богу. И не возразила, не попыталась отстоять свои права, не назвала свою выходку шуткой. Только шуршала зеленым платьем, цокала каблучками по мрамору, прижимала руки к животу, хоть так защищаясь.

Ушли. А гробовое молчание осталось. Такое тяжелое, гнетущее, будто все присутствующие прощались с девушкой и мысленно желали ей легкой смерти.

– Какой он страшный, – прошептала Киара.

– Поговаривают, после общения с ним никто не оставался живым, – ответила не менее громко Линн. – Он любит терзать своих жертв на дне озера Оса, потому что оно самое глубокое в Мирио.

– А я слышала, – тоже тихо, но уже от третьей девушки с вздернутым носом и родинкой над губой, – что у него свой зверинец с чудовищами, и он скармливает им драконов.

– Еще у него магия ядовитая, – потянулось справа.

– Он взглядом умеет убивать.

– Шрам получил от схватки с кортасом, когда летал за ущелье. Мне брат говорил, что он хотел поживиться в Темнолесье и принести редкие снадобья, которых нет в Аруме, за что поплатился.

– Нет, это был ядовик, который в горах обитает. От его клыков отпечатки, – показала другая невеста на своем лице пальцами.

– Девушки, – произнесла с улыбкой Сисилия, прерывая буйный поток сплетен, от которого волосы на затылке шевелились.

Не то чтобы я была впечатлительная и готова верить всему подряд, просто они говорили с такой уверенностью. Тем более я ничего толком не знала о Лаладаре, не могла здраво оценить их слова, не представляла даже, кто такие ядовики и кортасы, и насколько они сильны, раз оставили шрам на пасти дракона. Или Чудовище дрался с ними не в зверином облике?

– Будьте осторожнее, даже у стен есть уши, – предостерегла участниц отбора фаворитка, не собираясь их ни в чем разубеждать. – Нам ведь не нужны проблемы.

Девушки заозирались, опасаясь увидеть притаившегося где-то брата Леонарда. Начали отходить друг от друга, не в состоянии скрыть своего напряжения и страха. Стоит ли мне начинать волноваться? Надо ли придать их поведению значение? Может, сделка с Чудовищем – это плохой вариант?

– Она не вернется? – спросил кто-то.

– Не могу знать, – выдала сочувствующие улыбку Сисилия, будто ее тоже волновала участь участницы отбора. – Но давайте приступим к испытанию, ради которого я вас здесь собрала.

Распорядительница щелкнула пальцами, и в зал вбежало сразу несколько слуг. Они сдернули белые простыни, обнажая несколько рядов горшков с землей и сложенные в горку бархатные мешочки.

– Сегодня вечером состоится официальное представление невест. Будет возможность пообщаться с его светлостью. А пока перед вами стоит задача выбрать семечку и посадить в пропитанную магией землю, чтобы к концу недели вырос цветок. Он покажет вашу суть и истинное отношение к князю Асмерину.

Слуги расставляли по всему периметру зала небольшие столики и быстро формировали рабочие места. Девушки вскоре начали расходиться, приступать к выполнению испытания, не задавая вопросов, в то время как у меня их было уже много.

Как именно выбирать, разве успеет вырасти цветок за столь короткий час, поливать надо? Приглядывать за ним должны будем мы или это сделают слуги? А их не перепутают, помечать как-то свой горшок?

Правда, пришлось приглушить свое любопытство и отправиться к поставленному неподалеку от меня столику. Я запустила руку в бархатный мешочек. Пропустила через пальцы семечки, но решила посмотреть на них и высыпала на ровную поверхность. Одна горошина убежала к краю, упала на пол. Я поспешила за ней, но та оказалась проворной и лихо покатилась вперед, подгоняемая и подгоняемая неведомой силой.

Ударилась о начищенный до блеска мужской ботинок. Качнулась последний раз и замерла. Моментально исчезли голоса, стихли смешки, в груди родилось волнение. Я подняла семечку. Собралась с силами и выпрямилась, испытывая смесь страха с приятным предвкушением, ведь это точно был брат Леонарда.

Правда, от хорошего настроения не осталось следа. Мужчина с мрачным видом осматривал присутствующих и только потом соизволил повернуть ко мне голову, будто к мелкому недоразумению, которое прибилось к его ноге. Нет, не было высокомерия. Сухое безразличие.