Стоило услышать слова Залы, я подскочила. Мы отнесли подносы с грязной посудой, поспешили к выходу из столовой. Точнее, я поспешила, а Зала пыталась за мной поспеть.

«Торопиться в этой академии точно не стоит», — промелькнула у меня понятливая мысль, пока я потирала ушибленный лоб. Открыла глаза, разглядывая, в кого я так неудачно врезалась. Или, точнее, от кого я не успела вернуться. И замерла. До чего же знакомые карие глаза… Но откуда я их могу знать? Из знакомых парней у меня был только тот мальчишка-сосед, но не может же и он учиться в этой академии?

— Извини. Ты привыкнешь, — мягко проговорил парень, подавая мне руку. Я приняла помощь, встала, оттряхивая платье.

— Если сильно ушиблась, сходи в лекарское крыло, там помогут.

— Нет, ничего, — неловко отмахнулась, но уже ему в спину. Ушёл он, не дожидаясь ответа.

— Ты в порядке? — Зала в волнении бросилась меня ощупывать. — Извини, не успела тебя в сторону оттащить.

— Не переживай, ничего страшного. Пора самой привыкать, — я грустно вздохнула. — А кто это?

— Не знаю, не видела его, — пожала плечами Зала, чуть нахмурившись. — Но я сама тут всего месяц, могу ещё не всех знать. А что? Понравился? — она улыбнулась. Я фыркнула.

— Нет. Просто странное ощущение, словно я его знаю, уже видела. Но это невозможно.

— А-а-а. Может, показалось?

— Да, наверное, — я рассеянно кивнула. Но в голове зудело. Мне точно не показалось.

Зала после ужина, быстро переодевшись, убежала по делам, предупредив лишь, что отбой через час. Я решила воспользоваться этим свободным временем не на подготовку к завтрашнему дню. Хотя, уверена, что зря. Но меня манили бабушкины книги, которые Дира принесла.

Я сунула руку под подушку, опасаясь, что обидевшаяся Дира могла их переместить назад. Но нет, они были на месте. Маленькая карманная книга увеличилась в размерах, стоило мне к ней прикоснуться. С благоговением открыла тяжёлый фолиант, провела кончиками пальцев по исписанным страницам. От одной только мысли, что эти знания записаны моим родом, проступали мурашки. Я прижала ненадолго книгу к груди и отложила. Сейчас меня всё же больше интересует дневник, из которого я должна что-то понять. Иначе никакие знания рода меня не спасут от этого проклятия.

Дневник бабушки был довольно толстый, с фиолетовой кожаной обложкой, заполненный мелким бисерным почерком. Надо же, бабуля умела так аккуратно писать? Обычно письма я с трудом разбирала. Я углубилась в чтение с самой первой страницы, не желая ничего пропускать. Подсказка может храниться везде. Да и интересно было узнать, как она жила. О молодости бабушка никогда не рассказывала. А начинался дневник с поступления в королевскую академию. В те времена она ещё не была под проклятьем.

Резкий, прокатившийся по комнате гудок, скинул меня с кровати. В буквальном смысле. От неожиданности я подскочила, запуталась в покрывале и свалилась, больно ударившись локтем.

— Отбой через десять минут, — после гудка раздался такой же громкий голос.

— Вот спасибо, теперь мне точно доброе что-то приснится! — недовольно пробурчала, потирая ушибленное место. Если здесь не умирают от проклятия, то академия явно пытается добить студентов сердечным приступом.

Зала быстро залетела в комнату буквально за секунду до выключения света. Ойкнула, явно во что-то врезавшись. Чем-то пошуршала и быстро затихла. Я же ворочалась, не в силах уснуть. Перебирала всё прочитанное и пыталась уложить это в голове.

В Королевскую академию бабушка поступила ещё восемьдесят лет назад, когда ей исполнилось двадцать семь. До этого её обучали дома. В те времена хоть женщинам и запрещалось получать образование и работать на важных постах, однако это не касалось девушек с высоким уровнем магии — но принимала их только эта академия. После учёбы всех выпускников ждало распределение — мужчины на высокие должности, женщины пониже. Но это всё равно было статусно и хорошо оплачиваемо.

Бабушку отговаривали от поступления, но она очень рвалась получить образование. Её не останавливали трудности. Даже тот факт, что всем девушкам в академии приходилось несладко от вечных издёвок парней-аристократов, которые учились здесь в большинстве своём.

Разумеется, бабушка тоже с этим столкнулась. Особенно её начал доводить из старшекурсников. В первый же день он её оскорбил, а бабушка никогда не отличалась терпением и великодушием. Поэтому она попросту наслала на него проклятие, скажем так, не слишком хорошо характеризующее его ночью перед дамами.

А вот что было дальше — прочитать не успела. Надеюсь, завтра мне хватит на это времени.