Слава, вздернув брови, разглядывает меня. Взгляд становится серьезным и недовольным. Словно он не хочет отвечать на вопрос. Надо же, даже про свою жизнь рассказал довольно легко, а тут...

— Когда-то верил, – наконец произносит он, и у меня из груди как будто выходит весь воздух.

Значит, все-таки верил, значит, просто разочаровался, закрылся. Но вдруг в глубине души для этого чувства в нем еще осталось место?

— С вопросами покончили, – улыбается Яров, и я мысленно подбираюсь. Особенно, когда Слава стягивает с себя футболку и бросает на кровать.

— Это было лишним, – говорю, сглатывая. Хочется закрыть глаза, потому что меня тянет смотреть на его голый торс.

— Иди сюда, – хрипловато произносит Слава, и я делаю на негнущихся ногах несколько шагов к кровати, на краю которой он сидит.

Яров не церемонится, подхватив меня под бедра, усаживает на себя сверху, и мое тело в одну секунду превращается в оголенный искрящий провод. Я кладу руки Славе на плечи, бормоча:

— Мы так не договаривались.

— Точно, – соглашается Слава, положив руки на мои бедра и надавив так, чтобы я вжалась в него. – Мы договаривались на поцелуй, а его все еще нет. Я жду.

Так, кажется, помогать мне Слава не собирается. Хочет, чтобы я сама его поцеловала. Боже, это ведь совсем-совсем другое, чем когда первый шаг делает он. Страшно до чертиков, но между тем, тело топит горячая волна от близости с парнем, она притупляет страх. Я обещала поцелуй, так что он неизбежно случится. Бойся-не бойся, не изменить ничего.

Аккуратно провожу по плечам к шее, Слава смотрит, подняв голову. Понять, что у него на уме, невозможно. Одно ясно: я ему нравлюсь. Обалдеть можно от того, что он мне говорил у зеркала. Наверное, осознание данного факта придает сил. Проведя пальцами по шершавой коже его щеки, с гулко бьющимся сердцем я наклоняюсь. Губы как будто немеют, когда чувствую на них дыхание Славы. А потом я осторожно целую его.

Он отвечает сразу, неторопливо, подстраиваясь под мои медленные неуверенные движения. Его руки давят сильнее, приподнимая и опуская, так что я трусь о его твердое тело, возбуждаясь еще сильнее. Вместо того, чтобы отстраниться, сама начинаю двигаться, не осознавая этого – так становится хоть немного легче терпеть возбуждение, правда, оно все равно растет и растет.

Слава углубляет поцелуй, добавляя язык, я крепко цепляюсь за его плечи. Мое тело податливое и мягкое, и хочет находиться к Славиному вплотную. В голове шумит, и я точно осознаю, что пора остановиться, но именно в этот момент Яров резко встает со мной на руках и, кинув на кровать, оказывается сверху. Вжимается между моих ног, и я чувствую, насколько сильно он уже возбужден. Нужно остановиться. Немедленно.

— Сла… – не успеваю договорить, потому что Яров затыкает меня поцелуем, сразу пробираясь своим языком в мой рот.

Он двигает бедрами, трется об меня, и внутри растет уже знакомое напряжение. Шов от обтягивающих джинсов давит дополнительно, лишая меня возможности урвать хоть несколько дополнительных секунд, оргазм надвигается с сокрушительной быстротой.

— Кончи для меня, Регина, – Славин шепот посылает по телу новую волну, Яров вжимается своим телом в мое, и меня накрывает. Снова трясет, выкручивает, я кричу, не в силах сдержать эмоции, хватаюсь руками за плечи Славы, царапая ему спину.

Когда затихаю, тяжело дыша, Яров целует меня в висок и встает. Он все еще сильно возбужден, когда идет из комнаты, я спрашиваю:

— Ты куда?

— В ванную, естественно. Благодаря тебе я скоро буду дрочить так же часто, как подросток.

Я краснею, садясь и сжимая ноги, которые все еще дрожат. Мы снова сделали это, как, ну как так вышло-то?

— Не хочешь присоединиться? – интересуется Слава уже у двери, я отчаянно мотаю головой, он усмехается. – Я так и подумал.

Как только в ванной включается вода, я позорно сбегаю в свою комнату. Мне жутко стыдно за то, что случилось, что я поддалась ему. Снова. Я слабовольная, и он этим пользуется. Боже, так реально дойдет до того, что мы с ним переспим. Нет. Нет, нет, нет.

Хотя, конечно, Слава прав: то, чем мы занимаемся – уже секс. Я закусываю губу, садясь на кровать. Ну переспим мы с ним, и что? Он ясно дал понять: ничего другого ему не нужно. Слава потеряет ко мне интерес и переключится на другой объект, вот и вся история. А я буду страдать и мучиться. Потому что он хоть и считает меня красивой, но я ему не нужна. А он мне нужен. Когда я успела так встрять-то, а? Мы ведь даже не общались толком. А я…