— Простите… — девчонка была робкой, и понижение моего статуса, похоже, не сказалось на её отношении ко мне — как трепетала передо мной, так и трепещет. — Это для вас.

Она рванула к столику, оставила поднос и уже собралась улизнуть, но я остановила её резким окриком:

— Постой. Что это и откуда?

Девушка замерла, развернулась и, потупив взгляд, произнесла:

— Госпожа Марана… Она приказала передать. Только не заставляйте забирать обратно, а то меня накажут. Если не хотите — просто отнесите сами!

С этими дерзкими словами она выскользнула прочь, а я поняла: на самом деле она боится вовсе не меня — а того, что придётся иметь со мной дело.

Да уж… Теперь иметь дело со мной было опасным занятием.

Марана…

Я подошла к подносу и начала рассматривать содержимое. Самой большой оказалась коробка с шестью пирожными. Страшно дорогими, воздушными. Такие я обычно заказывала на приёмы, где присутствовала самая высокопоставленная знать.

Вспомнив их вкус — великолепный, восхитительный — я почувствовала оскомину и отвращение.

Чего Марана добивается, играя эту неблаговидную роль? Совесть заглушает?

Сомневаюсь. Совести там нет.

Впрочем, всё понятно. Поступая так, она вынуждает меня огрызаться.

Если я приму — значит, соглашаюсь, что она добрая, мягкая и пушистая. Если не приму — она разнесёт по дому, что я злая и неблагодарная. Предательница делает себе имя, и что бы я ни предприняла — останусь в дураках.

Помимо пирожных, тут были какие-то булочки. Тарелка, накрытая крышкой, оказалась наполнена нежнейшим мясом. Изысканные блюда — прямо со стола господ, который теперь для меня закрыт.

Я сжала кулаки от ярости. Захотелось схватить всё это и швырнуть об стену. Но… это только усугубит мое положение. Мне нельзя так поступать.

Что же делать?

Марана загоняет меня в ловушку. Я должна доказать, что она опасна, пока она всеми силами строит из себя ангела.

Как быть?

Я не спала полночи. Продумывала свои последующие шаги — и так, и этак.

Свекровь ненавидит меня. Действует прямо и открыто. Её тайные желания, которые она, видимо, хранила все десять лет, просто лавиной прут наружу. Она хочет отомстить мне за то, что однажды ее ненаглядный сыночек из-за меня пошел против неё.

За якобы унижение, что в роду благородных драконов затесалась человечка…

Она будет унижать меня, давить, издеваться — до тех пор, пока я или взвою, или смирюсь, или сбегу отсюда.

Свёкор держится особняком, но не думаю, что он уж слишком далёк от таких же мыслей.

А Арану… просто всё равно. Ему наплевать на меня. Я стала для него мебелью.

Марана — используя чужие руки, руки свекрови — действует тонко, очень хитро. Настолько хитро, что я диву даюсь её способностям.

…Уснула к утру. Но когда проснулась — перед глазами встала картина. Картина возможного развития событий.

Свекровь и свёкор сейчас здесь. Диана в их поместье осталась одна. Долго ли они собираются её там держать? Не думаю. Может быть, несколько недель, не больше. Скоро у неё начнутся занятия — её вернут.

Самое лучшее время для меня — тогда, когда она будет здесь. Каким-то образом мне нужно заставить Марану показать своё истинное лицо. С помощью кристаллов, которые дал Дерек, есть шанс записать её действия и слова. Но покуда она изловчается и строит из себя идеальную — записывать нечего.

Как вывести её из себя? Как заставить показать настоящее лицо?

Конечно же, посягнуть на то, что она считает уже своим. Она отняла у меня абсолютно всё. Но если она почувствует во мне угрозу своему благополучию — а она уже чувствует, просто скрывает это — то начнёт действовать более решительно.

Я проработала всю неделю. И каждый вечер, во время ужина, получала выговор от свекрови. Теперь пересолено было

всё

. Буквально каждое блюдо. И всё это вычиталось из моего жалования.

Если бы я кормилась из этого жалования, то точно умерла бы с голоду. Скоро в минус уйду.

Я уже не реагировала на это бурно. Действия свекрови были ожидаемы. А передо мной горела другая цель. Я просто молча кивала. Со всем соглашалась. Не перечила. Не бунтовала.

И как «награду» однажды получила взгляд Арана в свою сторону. Несколько удивлённый. Это был короткий взгляд. Но наши глаза встретились. Он посмотрел на меня так, будто не узнавал. А потом безразлично опустил глаза.

Да. Таков он. Мой бывший. Лживый дракон.

Наконец наступил долгожданный выходной день. В этот день я, как и любая прислуга, имела право выехать в город, чтобы восполнить свои нужды. Я воспользовалась этим. Умчалась из поместья с самого утра.

Первым делом направилась к Дереку. Он был занят. Мне пришлось прождать его больше часа под перекрёстным взглядом его работников. На меня косились неприязненно. Кажется, кто-то меня даже узнал. Я слышала перешёптывания и смешки.

Но меня это не трогало. Пусть шепчутся. Я вышла на тропу войны. Сейчас мне, в общем-то, всё равно, что скажут другие.