— А это к тебе вопросы, что ты за жена такая, что от тебя мужик гуляет, — выдала эта хамка, окончательно выводя меня из себя.

— Ну, я хотя бы жена, а не вечная любовница, — хмыкнула зло, понимая, что бью ниже пояса, — Сыночка ваш теперь в надежных руках. А меня оставьте в покое. Мне нужен только развод и моя законная половина всего нажитого…

— Имей совесть! Твои ЭКО, дом родителей и реабилитации, — закричала истерично в трубку свекровь, всё же снаряд достиг цели, — Это всё было из общего бюджета, и теперь ты хочешь половину?

— Оксана Владимировна, — остановила я ее, поморщившись, — Вы же мне по факту уже никто?

— И что? — не поняла меня мама Алексея.

— А ничего. Иди к черту! — бросила ей, сбрасывая вызов. Откинула телефон и упала на диван раскинув руки. Как же хорошо и легко стало. И чего я раньше так не сделала? Нет, определенно стоит уехать. С этими мыслями, опять взяла телефон и, отправив номер свекрови в черный список, зашла на сайт бронирования билетов.

Наталья

Билеты были куплены, вещи я практически собрала, родителей предупредила о своем приезде. Дела передала Ольге. Не смотря на предстоящую поездку, на душе лежал камень, а едкие слова Лёши никак не уходили из моей головы и сердца…

Заставила себя сесть и подготовить документы на развод, заполнила необходимое заявление и составила соглашение о разделе имущества, всё же сначала нужно было попробовать всё урегулировать мирно, а уж если не удастся, то тогда буду готовиться к суду. В любом случае, после внеплановых выходных мне должно было стать хоть немного легче. На меня давили стены, сжирала привычная обстановка квартиры, в которой каждый сантиметр был пропитан воспоминаниями. Повсюду были вещи Алексея, каждую деталь мы покупали и выбирали вместе. Боже… сколько счастливых дней и моментов я пережила здесь, и тут же в этой спальне он бил словами наотмашь, тут же я узнала о том, что весь мой брак иллюзия и обман, как и любовь моего мужчины…

После нашего разговора с бывшим мужем не могла спать в той комнате, постелила себе в зале. Больше чем два дня я не могла себе позволить гостить у подруги, у нее своя жизнь и семья. В конце концов никто не умер, все здоровы, а сердце? Оно заживет, рана затянется. Ведь когда-то должна? Окинув взглядом квартиру, поняла одно, я не смогу тут жить, находиться, существовать, как раньше. Скорее всего ее придется продать или оставить Алексею, а себе купить другую. Вкладов в банках хватит на это. Просто заберу не половину, а больше. Сейчас не очень хотелось думать об этом. Позже.

Я переписывалась с мамой, отвечая на ее многочисленные вопросы, когда в замочной скважине повернулся ключ, а у меня сердце ухнуло в пятки. До конца не могла поверить, что мне не почудилось, и Лёша действительно пришел домой, как ни в чем не бывало. Еще прошло слишком мало времени, я была не готова к этой встрече. Отложила телефон, пальцы дрожали, а во рту пересохло, то ли от страха, то ли от стойкого нежелания видеться с ним. Но мне никуда не исчезнуть, не испариться. Приросла к дивану, боясь шевелиться и, кажется, дышать…

Он вошел в комнату, лицо спокойное, безэмоциональное. Волосы растрепанные, на подбородке и щеках легкая щетина, всё тот же, но уже какой-то чужой… Лёша молчал. Прислонился спиной к косяку и просто наблюдал за мной. Отвела взгляд не в силах смотреть на него, испытывая физический дискомфорт от его присутствия. Пауза затягивалась. Вроде всё те же мы… Хотя, нет. Другие. Поломанные, не прошедшие проверку временем, потерявшие, кажется, сами себя.

— Нат…, — он тихо выдохнул мое имя и замолчал, словно каждое слово ему давалось с трудом, доставляло дискомфорт.

— Не нужно, Алексей, — поспешила остановить его, чувствуя его настрой, понимая, что он остыл и возможно даже сожалеет о том, что произошло, — Мы уже всё сказали друг другу.

— Нет, — не согласился со мной мужчина, — Я не сказал самого главного, — вновь изнуряющая, мучительная пауза, — Прости меня…

Два слова. Такие простые, но такие нужные. Были… Сейчас они бесполезны, теперь они, как подачка или насмешка.

— Я такой херни наговорил, — продолжил он негромко. Голос его проникал под кожу, несся по венам к сердцу, а там не трогал душу, как раньше, наоборот, ударяясь о выстроенную броню, рассыпался на осколки, что царапали грудную клетку изнутри, вызывали маяту внутри, — Я так не думаю, это всё эмоции. Черт, Наташка, мы же с тобой чуть ли не с детства вместе… Всегда была ты, обернись назад, всё в моей жизни связано с тобой… Всё пропитано тобой…

— Лёш, — вновь прервала его откровения, — Ты легко переступил через это. Через наше прошлое, через меня.