— Прости…, — на слезах пробормотала она. Всё наваждение и возбуждение, как рукой сняло, девушка меня стала раздражать.

— Не надо извиняться, — достаточно резко остановил ее, — Просто всегда говори, как есть, а не ходи вокруг, да около.

— Хорошо…, — кивнула она, а по щеке ее скатилась слезинка, прочерчивая дорожку, оставляя светлую полоску и стирая пудру.

— Я свободен сегодня вечером, — смягчившись, стирая большим пальцем влагу с ее щеки, ответил на ее изначальный вопрос, — И следующие тоже.

— Да? — в изумлении переспросила Саша, не веря моим словам.

— Да, — улыбнулся, ее удивленное выражение лица меня позабавило, — Куда пойдем?

— А куда ты хочешь? — встрепенулась она, позабыв о слезах и вновь обнимая меня за шею, — Может поужинаем вместе?

— Да всё равно, — пожал плечами и правда не испытывая того же энтузиазма, что и девушка от банального похода в ресторан.

— А давай тогда в суши? — глаза ее горели, а на лице отобразился усиленный мыслительный процесс, будто она судорожно перебирала варианты, куда бы хотела пойти.

— Суши? — уточнил у нее. Терпеть не мог их. Сырая рыба вызывала во мне рвотные позывы. Откуда бы ей это знать…

— Ну…, — моментально потухла Саша, не увидев радости в моих глазах, — Можно в итальянский пойти…

— Нет, — оборвал ее. Эту кухню любит Ната, и мы прошли все рестораны в городе, большинство из них стали нашими любимыми, не хватало только засветиться там с Александрой, — В суши пойдем.

Ничего страшного, поем рис. Уж лучше так, чем встретить знакомых. В душе было двоякое чувство. С одной стороны, меня тревожила вина перед женой, а с другой, захлестывал азарт, будто я играл в какую-то игру. Основной задачей в которой, было не попасться. Как раз, пока Наташка в командировке, наиграюсь и пошлю Сашку, а там попробуем с женой восстановить отношения, к тому времени, я получу всё что мне надо от Александры и отдохнув, закрою эту историю…

* * *

Три года и четыре месяца спустя…

— Саша! — рявкнул, отбрасывая крышку со сковороды, меня просто бомбило от злости на жену.

— Чё? — не менее раздраженно спросила она, заходя на кухню и складывая руки на груди, как всегда, занимая позицию нападения.

— Где ужин? — стараясь контролировать свои эмоции, выдохнув, спокойно спросил у нее.

— Щас привезут, — закатила она глаза на мою недогадливость, — На улице пробки, они опаздывают.

— Да какого фига я должен постоянно есть из контейнеров, ты весь день дома, сложно поднять зад и приготовить? — повышая голос спросил у этой неряхи и лодыря. Иначе не скажешь. Вокруг бардак, ничего не приготовлено, ну намарафетила она свое лицо, надела шелковый халат, только от красоты ее сыт не будешь…

— Няня у Аньки заболела, я весь день с ребенком…, — начала она обвинительно, тоже повышая голос.

— Ты издеваешься?! — взорвался я на эту ее вечную отмазку, — Поэтому дочь мокрая, не расчесанная в коридоре, на паркете рисует фломастером?

— Я отвлеклась, — пошла на попятную она, — Видимо только сейчас описалась…

— Хочешь я тебе скажу, когда это было, и чем ты была занята? — подходя к ней ближе, нарочито спокойно спросил у жены.

— Чем? — задрав подбородок, насмешливо спросила Саша.

— В соц сетях сидела, не вылезая, так что одна задница торчала, а дочь и не ела ничего, как я понимаю за сегодня? — последнее просто взбесило меня, так как не первый раз без няни остаемся.

— Она не хотела, — пожала плечами эта… недомать.

— Ты просто… Анют, — позвал дочь и пошел за чистыми колготками, — Пошли купаться и кушать. У нас молоко есть? — прокричал Сашке, с нее станется, что и продуктов не окажется в холодильнике. Забудет, как всегда, морду накрасить не забудет, а всё остальное из головы вылетает.

— Вроде…, — вяло отозвалась она. А я еле сдержался, чтобы не впечатать кулак в дверь. Она оказалась никчемной матерье, ужасной хозяйкой, еще и лживой дрянью…