Его заскорузлая ладонь царапает бедро, а вторая по-прежнему зажимает мне рот. Если этот урод сейчас меня изнасилует, я не выживу! Он просто изорвёт меня в клочья, а потом я и сама не захочу жить…

Отчаяние затапливает жарким приливом, горячие слёзы скатываются по вискам. Мычу зажатым ртом, но даже не могу толком вдохнуть. В ушах шумит, в голове пульсирует боль. Эта сволочь придавила так, что сейчас треснут рёбра. Ненавижу!

Внезапно щёлкает выключатель, комнату заливает ярким светом. В следующую секунду чьи-то могучие руки рывком отдирают от меня насильника и швыряют его на пол.

С изумлением понимаю, что мой спаситель… Халк!

Он в одних трусах, и зрелище это не для слабонервных - груда мышц, татуировки, чёрная шерсть везде, где только можно…

Халк подхватывает моего обидчика, пару раз даёт ему по морде и волоком утаскивает из комнаты.

А я забиваюсь в угол кровати, подтягиваю колени к подбородку, заматываюсь в одеяло. Зубы стучат, меня трясёт от ужаса, тошнота подкатывает к горлу. Не знаю, что будет дальше… А если сейчас Халк вернётся? Выкинет за дверь избитого соперника и сам полезет ко мне.

Да, он возвращается… Заглядывает в комнату уже одетый, подпирает плечом окровавленную тушу.

- Лера, иди закрой за мной, - шепчет басом. - Маманька спит, этого я забираю, больше никого нет. Ты как? Жива?

- Не очень.

- Прости, мне жаль.

*****

В субботу отменили лекцию по экономике, зато оставили иностранный. А лучше бы наоборот, потому что каждое занятие по английскому превращается в пытку.

С точными науками у меня всё хорошо, а вот инглиш я откровенно не тяну, с ним полная засада. В группе я отстающая. Все сокурсники с детства проводили каникулы в Лондоне, Нью-Йорке или на Мальте, кто-то даже постоянно жил там. Поэтому все свободно общаются между собой и с преподом на английском языке. А я с трудом складываю слова в предложения.

- Вы только послушайте! Это бесподобно! - громким шёпотом комментирует Наумская, когда меня заставляют читать текст. – У Лавровой блестящее произношение, не правда ли?

Фразу она произносит по-английски. Одногруппники посмеиваются, преподавательница прячет улыбку. Видимо, я снова переврала все слова, в тексте много новой лексики, а мне не удалось нормально подготовиться.

- Лера, ты начала заниматься с репетитором? Делаешь грандиозные успехи, - продолжает ёрничать Наумская.

Не реагирую. Вот никак. Потому что после вчерашних потрясений наезды Маргариты воспринимаются как детсадовские шуточки. Девочка развлекается, ей скучно, у неё беспечная сытая жизнь. А мне скучать не приходится – я каждый день борюсь за выживание.

Не обращая внимания на подколки, упрямо дочитываю текст до конца.

- Закончила, слава тебе Господи! - не унимается Наумская. – Я думала, это мучение будет вечным.

- Маргарита, я рада, что ты блестяще владеешь языком, - замечает англичанка. – Но не могла бы ты сместить фокус своего внимания с Лавровой на задание номер два на пятнадцатой странице?

- Она в меня влюблена, только обо мне всегда и говорит, - усмехаюсь я.

Наумская подскакивает чуть ли не до потолка, голубые глаза вспыхивают возмущением.

- Не стоит упражняться в остроумии, Лаврова, - недовольно цедит преподавательница.

Почему-то к Наумской она всегда обращается по имени, а ко мне только по фамилии. Нетрудно догадаться, в чём тут дело! Мать Маргоши занимает высокий пост в аппарате губернатора, а её отец управляет предприятием федерального значения. Давно заметила, насколько доброжелательно настроены преподы в отношении золотой молодёжи. А вот мне спуску не дают.

Обидно. Но и это меня не трогает, так как я всё ещё под впечатлением от ночного инцидента…

У Зои сегодня нет пар, но она всё равно приехала в университет, чтобы поговорить со мной. Мы не можем пойти в кофейню, как это делают наши сокурсницы, нам это не по карману. Поэтому просто зависаем на монументальном крыльце здания.

После того, как я перечисляю, что со мной случилось вчера, глаза у Зойки становятся квадратными, и она начинает хватать ртом воздух.

- Боже мой… На тебя ещё и алкаш полез! Я-то думала, всё ограничилось кражей ноутбука! И этого хватило бы с головой… Лера, у тебя железные нервы! Я бы неделю каталась в истерике! А ты пошла на лекции.

- От того, что я буду кататься в истерике, ноутбук у меня не появится, - вздыхаю тяжело. – Как думаешь, мне дадут кредит?

- Лаврик, тебе сначала надо что-то с мамой решить. Если она так и будет водить собутыльников, бесполезно надрываться и зарабатывать на новый ноут. Его снова украдут. А тебя могут случайно прибить, если вдруг попадёшься под горячую руку. Изнасиловать уже попытались.

- Не знаю, что делать. Съехать? Общежитие мне не дадут, у меня городская прописка. Снимать квартиру я, конечно, не смогу, не потяну… Поменяю замок, он не работает, его хорошо так расковыряли.

- И с мамой поговори, пригрози чем-нибудь. Совсем она от рук отбилась.