Несколько минут перечитываю сообщения – сердце тает, глаза опять на мокром месте, но теперь уже от радости. А потом, замирая от ужаса, открываю банковское приложение и вижу, что на мою карту поступило… сто тысяч рублей!
Господи, ну зачем?!
Надеялась, что Данила прислушается ко мне, я ведь чётко сказала, что не надо никаких денег, сама справлюсь. Но нет, упрямый мажор поступил по-своему. И теперь я чувствую себя ему обязанной. Я даже за одежду не успела расплатиться, а тут новое вливание!
Перехожу в раздел «Платежи», чтобы сразу же погасить долг за коммуналку. С удивлением вижу, что задолженность сократилась почти наполовину. Как так? Неужели мама до такой степени взялась за ум, что даже начала платить за квартиру? Но когда она успела собрать сорок тысяч? Это нереально!
Матушка уже дрыхнет в своей комнате, я осторожно трясу её за плечо:
- Мам, мам, мам…
- Доча, чего ты пристаёшь, дай поспать, у меня утром смена… - сонно отбивается родительница.
- Как ты смогла так много заплатить за коммуналку?
- А… Да это Петя подкинул… Халчик мой…
М-да… Вот мы с мамой красотки! Пустились во все тяжкие – берём деньги у мужчин. Но сейчас у меня нет сил переживать из-за этого.
Падаю в кровать, прижимаю к груди мишку и мечтаю о завтрашнем дне. Поскорей бы снова увидеть Данилу.
16
ЛЕРА
Встаю в шесть утра по будильнику. Не успеваю открыть глаза, как начинаю улыбаться. Воспоминания о вчерашних событиях обрушиваются на сознание солнечной лавиной. Поцелуи Данилы… Ощущение его сильной ладони, сжимающей мою руку… Его откровенный взгляд…
- Доча, я побежала, - заглядывает в комнату мама. – Там тебе оладушков нажарила, поешь со сметаной. Боже, какие цветы! Кто это тебе подарил? Твой красавчик на синей машине?
- Да.
- Зачёт! Значит, вы помирились?
- Да.
- Вот и славно. Только, доча, сразу не давай! Пусть побегает.
- Мама, что ты такое говоришь! – Щёки тут же наливаются кумачом от смущения.
- А что? Вам же захочется. Ты вон какая выросла ладненькая, глаз не отвести. Твой красавчик, наверное, уже на взводе.
Вспоминаю, как Данила смотрел на меня в ресторане. Прожигал взглядом, раздевал…
- Мам, лучше скажи, как так получилось, что Пётр за нашу коммуналку заплатил? Сорок тысяч!
- А, это… Ну, я поныла маленько, что не справляюсь, но просто так, к слову пришлось. Я без намёков! А Петруша вдруг сам предложил. Не буду же я отказываться, если мужик хочет помочь? Ещё обидится!
- Но где он взял такую сумму? Надеюсь, никого не убил?
Перед глазами мрачная фигура Халка – центнер каменных мышц, тяжёлый взгляд исподлобья… Такой запросто прибить может.
- Доча, да бог с тобой! Петруша – слесарь. Денежки эти он нашабашил. Ходит, подрабатывает, его часто зовут. Ой, болтаю тут с тобой, а я же опоздаю! Пока, доченька!
Мама убегает, а я радуюсь, что она из пьющей разгульной дамочки постепенно превращается в нормального человека. Не пропускает работу, следит за собой и даже начала интересоваться моей личной жизнью.
Только бы не сорвалась!
…Первая пара начинается в восемь, обычно из дома я выхожу около семи. Надо доехать до универа, раздеться в гардеробе, добежать до деканата и узнать аудиторию, а потом добраться до неё по бесконечным коридорам. Я привыкла, что на сокурсников надежды нет: никто не подскажет, если изменилось расписание или поменяли кабинет.
Мучительно размышляю о том, как сегодня отреагируют одногруппники на моё появление. Боюсь их. Вдруг утопят в болоте язвительных насмешек и своими замечаниями опошлят наши отношения с Данилой?
Вот бы он сегодня снова приехал в универ! Все точно заткнутся, если увидят, что у нас всё серьёзно!
Но я мечтаю о невозможном. Данила не будет приезжать каждый день в вуз, для него в этом нет необходимости…
Выхожу на крыльцо и с удовольствием вдыхаю морозный воздух. Ещё совсем темно, за ночь весь двор засыпало снегом, пушистые белые шапки украшают скамейки и грибок на детской площадке, под фонарём блестят снежинки.
Неподалёку на парковке светит фарами и урчит мотором какая-то машина, припорошенная снегом. Видимо, кто-то её прогревает, прежде чем отправиться на работу…
Как только равняюсь с приземистым автомобилем, сердце вдруг делает в груди судорожный кульбит. Неожиданно я понимаю, что эта машина мне знакома. И в ту же секунду дверь распахивается, и передо мной вырастает… Данила! Сделав прыжок в мою сторону, он хватает меня в охапку, отрывает от земли и несколько раз целует в нос и щёки – куда придётся.
Я смеюсь от счастья, обнимаю его за шею, торопливо целую в ответ. Свежий парфюм Данилы, жар его дыхания, вкус горячих губ – всё это сводит с ума.