Мы честно старались весь вечер, но как будто он не убавлялся. Даже с утра на завтрак не пошли, но в середине куска сестра сообщила:

– Всё! Я больше не могу! Он потрясающе вкусный, но с меня хватит! Отнеси его в группу, а?

Нарезав на кусочки, так я и сделала, а Джинни помогла донести до аудитории. Торт ещё оставался свежим и каждый одногруппник, получая от меня кусочек, выражал непередаваемый восторг. Парни слопали тут же, девочки растянули удовольствие.

Мы весело болтали всей толпой, позабыв о всяких списках, когда в аудиторию вошла Фанни. Смех чуть примолк. Я так понимала, все слегка насторожились, не зная, как Фанни отнесётся к подобному единству.

– А что тут у вас? – деликатно уточнила она.

– Торт, – чуть обиженно пояснила Зои. – Цеса угощает.

– Будешь? – спросила я.

К счастью, Фанни отказываться не стала, и за считанные минуты вернулась прежняя весёлая атмосфера. Когда пришла Гарриет и гордо прошествовала на своё место, мы и не думали переживать, хотя почти все уже доели свои куски. Одиноко стоял только её.

– Я пойду ей отнесу? – нерешительно спросила Фанни.

И я только плечами пожала. Мне же было легче, раз она сама не подошла к нам.

Мы по-прежнему болтали, но чуть тише, осторожно поглядывая в сторону наших главных поборниц честной учёбы. И тут же замолчали, когда Гарриет вдруг громко заявила:

– Не смей ко мне подходить, беспринципная женщина!

– Что? – опешила Фанни, тоже такого не ожидая.

72

– Думала, я не пойму? – надменно фыркнула Гарриет. – Это торт на заказ! Вчера ректор при мне забирал его в моей любимой кондитерской! С какой это стати ему приносить его тебе, если вас ничего не связывает?

– Это не только мне, – попыталась оправдаться её подруга. Видимо уже бывшая. – Все его ели, его…

– Вот именно! – перебила её единственная «честная» в группе. – Все ректорские подстилки его ели! Он угостил своих девочек! Гарем завёл! Я к этому отношения не имею! Из всей группы заслуженные оценки только у нас с Цесой!

И замолчала. В общем-то как и все мы. Фанни стояла будто громом поражённая, но всё же неспешно вернулась к нам. Посмотрела почему-то на меня. Я уже ожидала какого-нибудь неприятного заявления, но свежевнесённая в список барышня довольно спокойно уточнила:

– А можно я её кусочек торта съем? Чего добру пропадать.

Естественно, спорить я не стала. Только подивилась, какая интересная сложилась ситуация. Список «изгоев» разросся до таких масштабов, что изолированной оказалась составительница. И я оставалась в каком-то неясном статусе. Пока.

Вот только на следующий день Кас как обычно попросил старосту, то есть меня, чуть задержаться после пары. Я, естественно, возражать не стала, хотя именно сейчас меня и могла искать Джинни, но я надеялась, что не потеряет.

Однако сегодня всё пошло не по плану. Вместе с нами почему-то осталась Гарриет и уходить явно не собиралась. Мы с Касом переглядывались, не зная, как себя вести, а Гарриет неожиданно спросила с вызовом:

– Почему вы молчите? Я вам сильно мешаю? Я, кстати, могу Цесе помочь с какими-то поручениями.

Я ответом мы сразу не нашлись, потому что поручений для меня ректор явно сходу придумать не мог. И прежде чем попытался, Гарриет внезапно прищурилась злобно и угадала:

– Или у вас на самом деле роман, а я мешаю? А, Цеса? Неужели ты встречаешься с ректором? Я долго не могла поверить, но ты часто задерживалась, а на днях парни видели, как его высочество заходил к тебе в комнату…

От подобного напора я опешила. И уже почти решила, что список мне уже ничем не грозит, как вдруг в кабинете оказалась Джинни.

– Это ко мне! – заявила сестра, пытаясь меня выгородить.

Пока я осознала, что в этой суете совершенно забыла рассказать о смене обстоятельств с ректорскими «невестами», Кас решил подыграть. Потому что ему я тоже не сказала.

– Да, мы с Джинни встречаемся. Я у Цесы обычно узнавал о сестре, – не моргнув и глазом заявил он, а мне почему-то стало неприятно.

Желая прекратить эту глупую ложь, которая потом может выйти всем боком, я уже подумывала вмешаться. Не могла только слов подобрать. Однако дальше произошло нечто совершенно неожиданное. Гарриет посмотрела на них двоих и заявила:

– Но как вы могли её выбрать? В ней же нет ничего выдающегося! Она вообще… учится-то едва-едва! У неё разве что смазливое личико да титул!