И вот тут начинались проблемы, так как согласно письму, Михаэль не стал откладывать дело в долгий ящик и направился в путь сразу же, как отправил послание. А значит, прибудет не когда-нибудь там, а завтра! И Нокс, судя по всему, никуда за это время деваться не собирался.

Учитывая, что письмо доставили, когда Михаэль наверняка был уже в пути, писать ему с просьбой задержаться — глупо. Да и Нокс, уверена, не упустил из виду посланника из дома Гейнов. Впрочем, учитывая, что он и без того видел черновики писем, которые изначально адресовались Гейну, Киллиан предполагал, что рано или поздно мы с ним встретимся. Странно как раз то, что он не выспрашивал у меня причины такого решения и не отговаривал меня от этой встречи со своим извечным соперником. Это также душевного спокойствия у меня не вызывало, потому я решила поговорить с ним начистоту, для чего и позвала в гостиную, которая с щедрой подачи моего расточительного и излишне гордого босса, стала больше напоминать не комнату, а магазин антиквариата...

— Думаю, вы уже догадались, но все же хочу предупредить: завтра ко мне с визитом прибудет Его Светлость герцог Гейн, — оповестила я наиболее нейтральным тоном Киллиана и Розали. И вот опять странность: Киллиан остался спокоен и расслаблен, а Рози напряглась и метнула на босса косой взгляд. — Учитывая ваши с ним взаимоотношения и то, что я не могу выставить вас вон, очень надеюсь, что вы не станете совершать глупостей и грубить моему гостю почем зря! — еще более убедительно посмотрела на Киллиана, которые едва ли в ушах не ковырялся с невозмутимым и скучающим видом, точно его это и не касается. — Я не шучу и абсолютно серьезна, господин Киллиан! — уже с очевидным напором в голосе, заявила я, привлекая его внимание. — Я прошу вашего содействия. Я уже не под вашей опекой, потому каждое ваше действие в отношение герцога Гейна может сказаться на моей дальнейшей жизни.

— Не вижу проблем: просто возвращайся под мою опеку, — развел Киллиан руками, как ни в чем не бывало с видом, словно только что разрешил всю проблему на корню.

Он издевается сейчас?

— Ваша Светлость... — стараясь все еще держаться в рамках приличий и не смотреть на столь манящий торшер, который был словно создан для того, чтобы им огреть какую-нибудь белобрысую башку, процедила я сквозь искривленную и вымученную улыбку, которая вызывала судороги. — Надеюсь, вы помните, о чем мы с вами говорили? У нас с вами был уговор. Вы хотите взять свои слова обратно?

Киллиан после моего вопроса посерьезнел и посмотрел на меня исподлобья.

Кулаки его сжались.

— Нет. Не хочу, — выдавил он, что заставило меня немного расслабиться.

— Вот и славно, — улыбнулась я. — В таком случае, надеюсь, мы друг друга поняли и вы будете сотрудничать. На этом — все. Завтра рано вставать, потому приношу извинения, но я вынуждена вас покинуть. Прислуга уже разошлась по домам, так что сильно не засиживайтесь, — посоветовала я, прежде чем покинуть эту парочку и подняться в свою комнату. — Кажется, все предусмотрела? — спросила я пустоту, с тревогой вглядываясь в окно.

 

***

— Ваша Светлость, мне это не нравится, — убедившись, что хозяйка дома поднялась по лестнице и скрылась за дверью в свою комнату, произнесла негромко миниатюрная кареглазая девушка, с сомнением смотря на своего господина, который был мрачнее тучи.

— Словно я сам в восторге, — проворчал он, как бы невзначай засунув руку во внутренний карман своего пиджака, дотронувшись до его содержимого, точно до оберега.

— Разве так необходимо продолжать ждать? Почему бы вам просто не рассказать мисс Элле все, как есть? — настаивала девушка, не понимая поведения мужчины, который был крайне задумчив.

— Ты говоришь так лишь потому, что плохо знаешь Эллу, в то время, как я изучил ее достаточно, — скривился он, тяжело вздохнув. — Элла слишком дотошный и осторожный человек, который не поверит во что-то, пока сама не убедится в этом лично. Поэтому ее работа всегда была исключительно идеальной: она перепроверяла все с маниакальным упорством. Драла с меня за это, конечно, тоже немало, но к своей работе подходила ответственно, несмотря ни на что, — усмехнулся он, а в его зеленом взгляде проскользнула теплота.

— Не поверит даже мне? — растерялась Рози. — Она ведь знает, что во мне пробудились силы святой. Она поверит мне, если я скажу, что ваше проклятье...

— Довольно, — прервал ее мужчина, строго посмотрев на девушку, которая недовольно поджала губы и с досадой потупилась. — Я сказал — оставь это. Через несколько дней она сама во всем убедится.