Все это напоминало герду дурной сон, однако он молча прошел к своему месту, решив, что уж выпить ему точно не помешает.

Дядя Готрид по обыкновению болтал без умолку, рассыпался в каких-то занимательных фактах из истории Фервира, и Рондар даже смог немного расслабиться. Жаркое и вправду выдалось на редкость сочным, глинтвейн приятно согревал горло… И тут среди ясного неба грянул гром.

— А ты никогда не думал жениться? — будто бы невзначай поинтересовался Готрид.

Рондар в принципе не думал, что однажды услышит нечто подобное. И не от какой-нибудь наложницы, — женщинам свойственно мечтать о свадьбе, — а от другого дракона. Сильного, мудрого и, что примечательно, холостого.

В остальных кланах браки заключались чаще, чем в железном, да и то Рондар удивился, когда Анрик ни с того, ни с сего позвал Эйлин замуж. Это потом, узнав про загадочную магию соития с феей, Рон догадался, что это была попытка золотого раздобыть себе новую силу. Решил поманить перед носом Эйлин свадьбой, чтобы она побежала за ним, как единорог — за сладкой морковкой! Вот только план его что-то не сработал, и фея не завизжала от восторга и не захлопала в ладоши после сакрального «Выходи за меня!» Напротив, переполошилась и побежала молиться музам о поражении своего напыщенного женишка.

Нет, что бы там ни затеял дядя Готрид, такие вещи стоило бы обсуждать наедине. Как минимум, без Эйлин.

— Ты и сам знаешь, что не думал, — отозвался Рон, подливая себе еще вина: похоже, вечер обещал быть трудным.

— Узнаю себя в молодости, — протянул дядя, задумчиво постукивая пальцами по столу. — Но времена меняются…

— Пытаешься сказать, что нашел себе невесту?

Готрид коротко рассмеялся и вальяжно откинулся на спинку стула.

— Нет, Рон. Но вот ты, кажется, нашел.

Он красноречиво взглянул на Эйлин, которая делала вид, что старательно пилит ножом кусочек мяса и не поднимала глаз от тарелки. Впрочем, это ее наигранное безразличие не обмануло бы и слепого: уши феи горели в тон волосам, а пальцы так крепко сжимали ножик, будто она силилась его сломать.

— Тебе не кажется, что пора бы сменить тему? — не стерпел Рондар, обращаясь к дяде. — Если это шутка, то она не удалась.

— Какие уж тут шутки, Рон! — посерьезнел Готрид. — Самое время обсудить все открыто. Сколько можно ходить вокруг до около и не замечать слона в комнате?

— Ты о чем? — нахмурился Рондар.

— Мы все знаем про Гульдброка и его фею. И знаем, что он получил от нее такую мощь, что теперь я готов побиться об заклад: он будет претендовать на трон. И даже если за его соперников отдадут больше голосов, он может воспользоваться правом на решающий поединок. И выиграет. Вот скажи-ка, Рон, — Готрид стиснул резные подлокотники. — Ты готов преклонить колено перед Тарвином Гульдброком?!

— Да я лучше клинком себя проткну! — Рондара передернуло от одной мысли принести присягу этому самовлюбленному золотому идиоту.

— О, не беспокойся, если ты бросишь ему вызов, то, скорее всего, и не доживешь до коронации.

— Хватит! — Рон стукнул по столу пустым бокалом, и Эйлин вздрогнула, бросив на него испуганный взгляд. — Хватит, — повторил он тише. — Еще неизвестно, метит ли Тарвин на престол.

— Будь ты самым сильным драконом из ныне живущих, ты бы предпочел сидеть у себя в замке и вышивать крестиком? — Готрид сощурился. — Нельзя позволить золотым занять трон! Ты должен восстановить баланс сил, других вариантов нет.

— И ты предлагаешь мне жениться ради этого?! — вспылил Рондар.

— А что, по-твоему, это такая ужасная жертва? — дядюшка указал на Эйлин, которая сидела, будто воды в рот набрав, и переливалась всеми оттенками красного. — Или ты планировал взять ее силой, чтобы потом на нас ополчились все феи и снова переметнулись к золотым? Начни уже думать головой, Рон! Талея уже что-то подозревает! Навредишь Эйлин — больше не увидишь ни ее, ни любую другую фею. Нас и так считают дикарями! Ты должен сделать все по правилам. Сначала предложение, потом церемония и лишь потом, после свадьбы…

— Достаточно.

Рондар поднялся из-за стола, скомкав и отшвырнув салфетку. Он едва помнил себя от гнева, руки вибрировали, как фервирская гора во время землетрясения. Готрид перешел все границы. Да, обычно и сам Рон не особо заботился о чувствах окружающих, но сейчас даже по его меркам дядя перегнул палку. Обсуждать брак Эйлин прямо при ней, да еще в таком тоне, словно мнения самой феи вообще никого не волновало… Чересчур, нет?! И пусть Готрид приводил разумные аргументы, он говорил про Эйлин, как про вещь. И это Рона взбесило.

— Ты можешь не слушать меня, — настойчиво продолжал дядюшка, — но в глубине души ты знаешь, что я прав! И это лучшее решение!

— Я сказал, достаточно! — Рондар стиснул кулаки, едва не сорвавшись на крик. — Я сам разберусь, что мне делать! И советую тебе впредь…