– Я хочу тебя, – выдохнула, решив, что он должен об этом знать.

Максим рыкнул и толкнул меня на диван. Я упала на спину, а он навис надо мной. Я снова потянулась к его губам, но Макс становил меня, наклонился и втянул в рот сосок, вызывая болезненно-прекрасный стон. Так и хотелось выгнуться навстречу, утонуть в нахлынувшем блаженстве, чтобы не думать больше ни о чем.

Его язык прошел по раскаленной коже груди, еще раз обвел чувствительную горошину, будто пытая меня.

Отвлекая…

Я вскрикнула и подалась бедрами навстречу его пальцам, которые по-хозяйски проникли в меня, подготавливая к продолжению. Он погружал, наращивая темп, чтобы услышать мои стоны, подвести к самому краю, позволяя восторгу наполнить меня. А потом быстрым резким движением сам вошел в меня. Я помнила его, но, кажется, уже успела позабыть, насколько это прекрасные ощущения.

Бешеный ритм уносил вдаль, я вскрикивала, пытаясь подстроиться, но не могла. Он сметал меня своей силой, подавлял, но желание быть его оказалось сильнее. Я подчинялась этому урагану, сгорала в нереальном восторге, когда чувствовала, как его член заполняет меня до самого конца.

Сколько нужно, чтобы дойти до вершины и упасть на дно? Мне казалось, что прошли часы бесконечной, сводящей с ума скачки.

Макс резко вышел, и я вскрикнула, сумев только так выразить свое негодование. Но он не собирался останавливаться, перевернул меня, шлепнул по ягодице, поставил в другую позу. И снова наполнил меня собой. На этот раз Максим намотал мои волосы на кулак, заставляя поднимать голову, но я была не против такого, мне нравилось острота рождавшихся от такого чувств.

Его движения стали почти грубыми, но я все равно ощущала странную нежность, будто он оберегал меня, не делал больно, останавливался на самом краю, за которым я бы точно потеряла нить удовольствий.

Мир взорвался моим криком, его стоном и горячей волной, которую мы разделили пополам.

Да, это было именно то, чего мне так хотелось. Мгновения блаженства, который я ни на что бы ни променяла.

– Нет, – услышала я глухое, и Максим уткнулся мне лбом в спину.

Попыталась извернуться, но он обнял, будто я была чем-то дорогим, а потом вдруг вскочил.

– Нет!

Села, дрожа после оргазма. Тело не хотело остывать, но голова уже начала включаться.

Я опять трахнулась с боссом. Отлично, Анька, просто замечательно! Но он-то чего возмущается, не понимаю. Вроде я его ни к чему не принуждала, сам решил.

– И что теперь? – хрипло спросила у него.

– Не знаю, – он отошел и схватился за голову. – Что я наделал…

Быстро же он начал сожалеть о случившемся, мне даже стало немного неприятно, но это чувство ушло, стоило подумать о произошедшем. Черт, да плевать, я бы с удовольствием все повторила!

– Если хочешь, мы можем просто сделать вид, что этого не было, – выдохнула я.

Максим резко повернулся ко мне. И вот тогда я испугалась.

Он смотрел так, словно я была здесь не просто лишней, а мешающейся деталью интерьера, досадной помехой, от которой следовало избавиться здесь и сейчас.

Платье лежало рядом, но я боялась потянуться к нему, и этим вызвать гнев Максима. Почему-то я только сейчас осознала, что мне говорила все время Юлька. Он не человек, он – оборотень! А я играю на его нервах, пусть совершенно и не собиралась этого делать.

Прикусила губу, стараясь даже не дышать. Как знать, может, он успокоится, и буря пройдет стороной.

Мне уже не хотелось ничего, лишь спрятаться, забиться в угол и не думать о том, что я только что сотворила.

– Забыть, – с горечью бросил он и отвернулся.

Я тут же кинулась к сброшенному на пол куску ткани и начала натягивать его на себя, спеша, пока Максим снова не посмотрел на меня. Но он не собирался, наоборот, вдруг резко ударил кулаком по стене, оставляя внушительную вмятину в панели. Мне стало не по себе, стоило лишь представить, что если бы…

Я предложила что-то не то? А как иначе, если Максим вдруг решил слететь с катушек. Его разозлили мои слова, в этом не было сомнений, но почему?

– Что не так? – в платье я чувствовала себя увереннее, хотя оно бы вряд ли защитило меня.

– Что? – Максим обернулся ко мне, криво ухмыльнулся и качнул головой. Его брюки валялись там же, где были мои вещи, но в отличие от меня он не спешил одеваться, и мне пришлось отвести взгляд, чтобы не видеть его почти совершенного тела. – Что не так, – повторил и оперся спиной о стену. – Ань, почему я?

– В смысле?