– И давно вы знакомы? Почему ты мне о нём не рассказывала? Ладно, не отвечай, я всё понимаю, – из смартфона послышались всхлипы, сквозь которые Лиана проговорила, – Ты так тяжело переживала расставание со Стивом и теперь боишься, что тебе снова сделают больно, поэтому не хотела афишировать ваши отношения, пока не будешь стопроцентно уверена, что он тот самый.

– Думаю, пока рано делать выводы. Он мне нравится, но…

Ощутив на себе чей-то взгляд, я отвернулась от окна и увидела стоящего рядом Рэя. Он поставил на стол две бутылки с имбирным пивом, джин, пару стопок и молча сел напротив меня.

– Ли, поговорим потом. Мне пора.

Убрав смартфон, я заверила себя, что в баре было слишком шумно для того, чтобы он успел услышать хоть что-то из нашего абсурдного разговора. Рэй плеснул в стопку немного джина и пододвинул ко мне. Я покачала головой. Он пожал плечами, взял стопку и произнёс:

– Будем.

Поддержав его тост, я сделала глоток имбирного пива. Он опрокинул в себя джин, вернул стопку на стол и как бы невзначай обронил:

– Вообще-то, мне тридцать шесть, ты слегка обсчиталась.

Едва не поперхнувшись, я посмотрела на него. Рэй засмеялся, а я понадеялась, что сгорю со стыда, прожгу диван вместе с полом и благополучно провалюсь под землю.

– Зачем ты ответил на её звонок? – я скрыла смущение за возмущением.

– Твоя подруга надрывала телефон, и я успокоил. В её положении ведь вредно волноваться.

Возникло неловкое молчание, которое тут же нарушила официантка с подносом. Выставив на стол пышную пиццу, щедро политую сверху оранжевым соусом, она наклонилась к Рэю, шепнула что-то на ухо и быстро удалилась. Я посмотрела ей вслед. Собеседник тем временем выпил ещё джина и произнёс:

– Кстати, откуда тебе известно, что я глава охраны в Road Giants? Неужто видела мой трудовой контракт?

Его шутка заставила меня улыбнуться, неловкость между нами исчезла, и мы принялись за еду. Протерев руки влажной салфеткой, я попробовала пиццу и тут же ощутила, как от жгучего соуса на глазах выступили слёзы. Вернула кусок на тарелку и быстро сделала пару глотков пива, чтобы избавиться от пожара во рту.

Рэй усмехнулся, наблюдая за мной, – Ладно тебе, она ж неострая.

– Сам попробуй, – прохрипела я.

Он отправил в рот целый кусок и, покраснев, с трудом смог его проглотить. Я рассмеялась.

– Чёрт подери, кто ж вообще ест такое, – выдавил мужчина и опрокинул в себя третью стопку джина, – Хотя Гарри бы понравилось.

– Может, попытаем удачу в другом месте? Я видела тут неподалёку супермаркет.

– Успеем, куда торопиться, – он снял куртку.

Заметив на его левой руке тату, я не сдержала улыбку. И всё-таки я оказалась права, решив в вечер похищения, что неспроста этот парень сидел в душном баре в толстовке – такой нательный рисунок я бы точно запомнила. Это была не просто чёрно-белая татуировка, а целый рукав в виде брони со скандинавским орнаментом, бравший начало от кисти и исчезавший под футболкой. Стоило отдать Рэю должное, подобных татуировок я ещё не встречала.

– Что означает твоё тату?

– Это мой талисман, он защищает меня от врагов и даёт силы, – Рэй кивнул назад, – Там ещё на спине есть продолжение, показать?

– Думаю, для таких интимных подробностей пока рановато.

Он улыбнулся, и я впервые обратила внимание, что у него была приятная улыбка.

– Тогда расскажи о себе.

– Сомневаюсь, что тебе это интересно.

– Отчего же? – Рэй вынул пачку сигарет и закурил.

– Окей, сам напросился, – предупредила я, – Я родилась и выросла в Дейтоне. Родители развелись, когда мне было пятнадцать, с тех пор я живу с матерью. Она работает этнографом и много времени проводит в экспедициях. У меня был сводный брат Джереми, он тоже журналист по образованию. Отец планировал, что однажды брат продолжит его дело и станет новым владельцем «Графита», но судьба распорядилась иначе…

– Умер?

– Погиб в аварии, – уточнила я, – Это случилось очень давно, но мне до сих пор его не хватает. Так же как и отцу. Джереми был его гордостью, а я стала разочарованием, потому что после окончания университета отказалась от работы в «Графите» и осталась пиарщиком в кафе. Это был первый раз, когда я пошла против воли отца, после этого мы сильно поругались и не общались полгода.

В голове моментально всплыли вчерашние видеопереговоры, и сердце сжалось в тисках боли. До сих пор не верилось, что ради моего спасения отцу пришлось пожертвовать «Графитом». Рэй молчал. Он смотрел на меня так, словно знал, что сейчас творилось в моей голове. Наши взгляды встретились, и я почувствовала, как боль ослабевает. Никогда бы не подумала, что мне может быть так спокойно рядом с этим человеком.