– У меня сын, – делится Алиса. – Я родила его очень рано… Ему бы уже было тридцать шесть лет.

– Ох, – вздыхает Ника.

– В два года подхватил ветрянку, и организм не справился. Он был слабеньким мальчиком. Да и я – молодая, неопытная… Совсем не знала, что делать. Он был моим единственным ребенком.

– Мне очень жаль, что вам пришлось пережить такое горе, Алиса.

– Да, – вздыхает она, опустив голову. – А у вас ещё есть дети?

– Да. У меня есть сын. И скоро ему исполнится тридцать четыре года.

– Старший брат! – улыбается Алиса, взглянув на меня. – Вам очень повезло, Адель. Я всегда мечтала о старшем брате. Мне почему-то казалось, что он непременно защитит меня от всех бед. Он, наверное, всех женихов от вас отгонял, пока вы не встретили того самого, да? – кивает она на мое обручальное кольцо.

Наши с Никой взгляды встречаются снова, но молниеносно отскакивают друг от друга в разные стороны. Что бы сказала сейчас Алиса, узнав, что мой «старший брат» на самом деле мой муж?

– Всякое бывало, – отвечает за меня Ника. – Ну, так что? Вы согласны на предложение Адель?

– Хорошо, – на выдохе отвечает Алиса, с улыбкой закрыв глаза. – Следующее занятие будет в группе.

До слов о старшем брате я бы по-настоящему обрадовалась её решению. Нет, я и сейчас рада, просто почему-то даже улыбка дается с невероятным трудом.

– Отлично, – говорю, складывая свои распечатки в стопку. – Это правильное решение, можете не сомневаться.

Что, если Аверьян и впрямь сожалеет о том, что мы сделали? Вдруг эта проклятая тема с братом и сестрой так и продолжает всплывать в его жизни, протекающей вне нашего дома? Вдруг это давит на него настолько, что я стала ему противна, и он просто не знает, как сказать мне об этом?

Желаю хороших выходных Алисе и складываю учебные материалы в ящик стола. Интересно, сколько раз после нашей с Аверьяном свадьбы Нике приходилось вот так же неловко улыбаться при упоминании о её дорогих и любимых детях, которыми она очень гордится?

⁂

Поднимаюсь в свой кабинет с тяжелым камнем на сердце. До проблем в наших с Аверьяном отношениях я и думать забыла о том, кем нас считали все вокруг. Мне было не до этого, и ему, я уверена, тоже. Нас накрывали чувства и эмоции, мы охотно отдавались страсти даже в самых неудобных для этого местах, и нам было всё равно, что о нас могли подумать. Я горела предстоящей свадьбой, рисовала в своих фантазиях лучшую и счастливую жизнь рядом с самым прекрасным мужчиной на свете, не беря во внимание чувства родителей и трудности, с которыми им предстоит столкнуться. Вообще-то поначалу я это делала, но Аверьян убедил меня, что мы справимся, что рано или поздно все, кого эта тема так тревожит и вызывает возмущение, успокоятся. Нам не должно быть до них никакого дела.

«Шторм не вечен, – говорил он. – Даже море устает волноваться».

Мой телефон молчит, а во входящих только одно сообщение от Полины: она предлагает встретиться на следующих выходных.

Начинаю писать ответное сообщение, как вдруг дверь кабинета медленно открывается, и снова появляется Ника.

– К тебе можно?

Я вижу тень вины в её глазах, и от этого мне становится совестно. Знаю, что при других обстоятельствах Ника бы с радостью рассказала моей ученице о том, как её любимая дочь вышла замуж, какой замечательный и необыкновенный у нее зять, и что они с мужем с нетерпением ждут внуков. Но это, очевидно, не так легко сделать. Ведь зять – её сын.

– А я думала, ты проведешь сегодняшний день в постели, потягивая минеральную воду из трубочки и с нетерпением ожидая, когда же подействует обезболивающее.

Ника улыбается и садится на диван, а я достаю из шкафа легкий пиджак из экозамши и сумочку.

– Вчера было весело, конечно, но не настолько, чтобы я сегодня страдала, – отвечает она с улыбкой. – Я надеялась, вы с подругами к нам приедете.

– У нас была своя вечеринка.

– Адель, у тебя всё хорошо? – спрашивает она, внимательно наблюдая за мной.

– Да, а что такое?

– Не знаю. Мне кажется, что в последнее время ты как будто чем-то огорчена. У вас с Аверьяном всё нормально?

– Да. Вполне, – отвечаю, надевая пиджак.

– Он много работает, да? Просто, я ему как не позвоню, он всё время в студии. Папа сказал, вчера даже в бар не заехал, чтобы поздравить Пашу. И часто он работает допоздна?

– Ты спрашиваешь как его мама или как моя подруга? – уточняю, мысленно обозлившись на Архипа. Я знала, что он обманул меня, но, убедившись в этом окончательно, хочется немедленно заорать во все горло от обиды и раздражения.

– А как бы ты ответила в обоих случаях?

Деланно улыбаясь, поднимаю вверх большой палец и отвечаю: