Под защитой ректора Страница 101 из 163
Скорость
7
Главы
0%
Страница 101 из 163

Замок появился из тумана внезапно. Сначала Айя увидела только тени — огромные, неподвижные, медленно проступающие сквозь серую дымку. Карета двигалась вперёд, колёса вязли в мокрой земле, а замок становился ближе, отчётливее, и вместе с этим внутри росло тяжёлое ощущение неправильности.

Он выглядел мёртвым. Не заброшенным — именно мёртвым. Высокие башни уходили в темноту, острые шпили терялись в чёрном небе, узкие окна напоминали пустые глазницы. Стены были покрыты глубокими трещинами, по старому камню тянулись чёрные следы магии, будто сам замок годами впитывал в себя что-то тёмное и теперь медленно разлагался изнутри.

Айя почувствовала это даже сквозь стены кареты. Дом был пропитан силой — старой, тяжёлой, неправильной. Вязкая магия ползла по коже и вызывала тошноту. Хотелось отодвинуться дальше, вдохнуть полной грудью, избавиться от этого ощущения, но чем ближе они подъезжали, тем сильнее замок давил своим присутствием.

Дарвен молчал. Он смотрел вперёд спокойно, будто видел обычный дом. Но Айя заметила, как изменилось его лицо. Рядом с этим местом он становился другим: жёстче, темнее, спокойствие в глазах превращалось во что-то холодное и опасное. Исчезала привычная ленивость движений, пропадала насмешливая лёгкость. Будто сам замок вытаскивал наружу худшие части его характера.

Карета проехала через высокие кованые ворота. Те открылись со скрипом, от которого по спине прошёл холод. Во дворе не было ни одного живого звука. Ни ветра. Ни птиц. Ни голосов слуг. Даже факелы вдоль дорожки горели слишком ровно, будто воздух здесь давно перестал двигаться.

Дарвен первым вышел наружу. Айя наблюдала за ним через окно ещё несколько секунд и впервые за всё время рядом с ним почувствовала настоящий страх — не из-за магии, не из-за угроз, а потому что именно здесь он выглядел человеком, действительно принадлежащим этому месту.

Он поднял взгляд на замок спокойно, почти равнодушно. Как на дом.

Айя вышла следом. Холод ударил сразу. Во дворе пахло сыростью, старым камнем и чем-то металлическим, почти кровью. Замок нависал чудовищной тенью, и чем дольше она смотрела на него, тем сильнее внутри всё сжималось.

Академия никогда не была такой. Даже в самые мрачные вечера там оставалась жизнь: свет в окнах, голоса адептов, тепло библиотек, раздражённый голос Кая в коридорах. Мысль о нём появилась слишком резко. Айя отвернулась, но сердце всё равно болезненно дрогнуло.

Дарвен заметил её напряжение почти сразу. Он подошёл ближе и тихо произнёс:

— Добро пожаловать домой.

От этих слов внутри всё перевернулось. Дом. Нет. Это место никогда не станет для неё домом.

— Даже не надейся.

Дарвен усмехнулся, но теперь в его усмешке не было прежней лёгкости. Только тьма этого места.

— Посмотрим.

К высоким дверям вела длинная каменная лестница. Старая, потрескавшаяся, местами влажная; по краям поднимались мёртвые чёрные лозы, цепляющиеся за камень так плотно, будто пытались удержать здание от окончательного разрушения. Айя поднималась следом за Дарвеном, и каждый шаг отзывался внутри неприятным напряжением. Замок давил не только магией, но самой атмосферой: тишиной, темнотой, тяжёлым воздухом, в котором слишком давно не было ничего живого.

Двери открылись сами. Без слуг. Без приглашения. Тяжёлое чёрное дерево разошлось в стороны со скрипом, и Айя поняла: их уже ждали.

На пороге стояла женщина. Высокая, худая, с идеально прямой спиной и слишком холодным лицом для человека, встречающего собственного сына. Тёмное платье подчёркивало бледность кожи, серебряные украшения на длинных пальцах тускло поблёскивали в свете факелов, а взгляд был настолько тяжёлым и оценивающим, что Айя почувствовала раздражение почти мгновенно.

Рядом стоял мужчина. Старше Дарвена, шире в плечах, грубее. Если Дарвен умел скрывать опасность за спокойствием и насмешками, этот даже не пытался. Его взгляд был открыто неприятным — цепким, тяжёлым, изучающим.

Они смотрели на неё так, будто оценивали вещь.

Женщина скользнула взглядом по лицу Айи, одежде, сумке в руке, задержалась на шее, словно проверяя что-то, известное только ей, и спокойно произнесла:

— Значит, это она.

Дарвен снял перчатки, не спеша отвечать.

— Мама...

— Я вижу.

Она перебила ровно и спокойно. Айя почти сразу поняла: эта женщина не повышает голос. Ей это не нужно. Она привыкла подавлять иначе — тишиной, взглядом, контролем.

Брат Дарвена усмехнулся.

— Из-за неё столько проблем?