— Тебе показалось Элджерон — покачала я головой и улыбнулась. Он не должен был ничего заподозрить, иначе он никогда не даст мне сделать то, что надо — Я просто беспокоюсь о них. Вдруг что-нибудь случиться, а меня рядом не будет?

— Ида, все будет хорошо. Они ведь не маленькие мальчики, чтобы ты так переживала о них. Каждый из нас отличный воин и мы доказывали это ни раз.

— Даже ты? — встретилась я с ним взглядом и уже не смогла отвести глаз от своего эльфа. Мы впервые с того момента на веранде дома Тита находились с Элом в такой близости друг от друга и я просто не могла не думать о его губах. Особенно после поцелуев с остальными, ведь он остался единственным, кому я не подарила такой ласки.

— Даже я, ангел. Да, я в основном целитель, но все эльфы прекрасные воины и я не исключение. В молодости я много времени потратил на то, что превзойти всех своих учителей — не без гордости говорил Эл — Ангел, почему ты так смотришь на меня? Не веришь? — нахмурился эльф, совсем наоборот расценив мою реакцию.

— Вовсе нет, я верю. Просто… просто мне показалось не справедливым, что я поцеловала всех кроме тебя — наконец смогла выдавить я из себя, при этом ужасно нервничая.

Эл молчал, лишь удивленно моргал и ничего не говорил в ответ, поэтому я осмелела, и сама сократила, между нами, расстояние. Потом обняла его за шею и потянула его голову вниз, чтобы в следующее мгновение накрыть его губы в жадном поцелуе.

Я впервые целовала своего эльфа и теперь жалела о том, что не сделала этого давным-давно. Я думала, что относилась к нему скорее как другу, но моя реакция на его гарем показала, что он мне далеко не друг. Я ревновала его, ужасно, сама удивляясь глубине своих чувств.

Мужчины говорили, что они мне не истинные, что так сказала им Хранительница, но что-то подсказывало мне, что она нагло врала. Они мои истинные и только сейчас я это четко осознала.

— Ида, мне кажется, нам надо остановиться — отстранившись от моих губ, но, по-прежнему, обнимая меня за талию, говорил Элджерон.

— А, мне кажется, нам надо продолжить — улыбнулась я и снова поцеловала его.

И на этот раз Эл не стал отстраняться. Этот поцелуй снес крышу нам обоим, потому что в порыве страсти я даже не поняла, в какой момент Элджерон умудрился раздеть меня и устроиться на кровати рядом со мной.

— Эл! — стону я, когда он очерчивает мою грудь ладонью, а потом царапнув зубами, втягивает в рот мой сосок.

— Мне нравится, как ты стонешь моё имя — хрипло говорит он и проделывает тоже самое с другой моей грудью. Я выгибаюсь дугой и снова стону его имя, цепляясь пальцами за покрывало.

Потом он спускается ниже и целует мой подрагивающий живот, медленно вычерчивает на нем языком какие-то узоры, доводя до белого колена. Его поцелуи опускаются все ниже и меня бросает то в арктический холод, то в жаркое адское пекло. Он разводит рукой мои бедра, и я вижу, куда он смотрит. Его глаза становятся практически черными, и я думаю, что для эльфа это ненормально, но я обо всем забываю, когда он наклоняется и медленно проводит языком снизу вверх. Я сжимаю покрывало еще сильнее и чувствую, как ногти превращаются в когти. А это со мной не случалось с того момента, как я была с Хейденом. Я стараюсь контролировать себя и ни в коем случае не хвататься за Эла, но он словно и не замечает моих изменений, потому что им целиком и полностью владеет желание и голод.

— Ангел! — рычит он и в этот момент я достигаю вершины.

— Думаю, это стоило гарема любовниц — пытаюсь пошутить я, потому что давно уже простила его, но Эл хмурится.

— Никогда не упоминай их! Есть только ты — моя истинная! — рычит он мне в ответ и…

* * *

Тит не думал, что Мерил окажется права и до последнего надеялся, что он не встретит в царстве демонов ни адриду ни ее истинных. Но он ошибался. Тварь оказалась права и просчитала их ходы. Конечно, нельзя было отрицать, что они у нее были мозги, иначе бы она уже давно валялась в какой-нибудь канаве, но все же теперь Тит не знал, что ему предпринять.

Он не хотел подводить своих друзей, особенно Хейдена и госпожу Аглаиду, но его истинная была в лапах Мерил и у него просто не оставалось других шансов. Но у него был свой план, и он в корне расходился с планом Мерил. Чтобы ни случилось генерал понимал, что он не может отдать ей адриду, ведь она была единственной надеждой на спасение всего Саракеша.