— С-спасибо — чуть заикаясь, произнесла она и положила наконец свои ладони мне на грудь — Но я не понимаю, почему я чувствую такое притяжение к тебе? Больше, чем к другим — искренне удивлялась Ида, а я вместе с ней. Но мне ее признание было приятно.

Я никогда не стремился разделить с кем-то свою жизнь, но теперь… я был рад, что Хранительница послала нам Иду.

— Скорей всего это из-за крови, что мы разделили. Прости, я хотел бы с уверенностью ответить на твой вопрос, но я и сам не знаю — улыбнулся я и решил начать соблазнять свою истинную. В конце концов, она сама пришла ко мне.

Феликс

Я стал медленно наклоняться к ее губам, давая ей время отстраниться, но Ида не отодвинулась, а наоборот встретила меня на полпути, захватив меня в свой водоворот страсти. Мы целовались с ней так же, как и пили кровь друг друга — ненасытно, жадно и страстно. Она притянула мою голову ближе к себе, а я обнял ее за талию, углубляя поцелуй, о котором мы вдвоем мечтали. Почему? Потому что я снова чувствовал ее эмоции и был уверен, что она хочет меня так же сильно, как и я ее.

— Феликс! — простонала Ида, когда смогла оторваться от меня и провела своими ладонями вниз по груди к животу, опускаясь к краю полотенца. Я следил за ее рукой полуприкрыв глаза и ждал… ждал, когда она решиться сделать последний шаг.

На миг ее рука дрогнула и я встретил ее взгляд, полный неутолимого желания, а потом накрыл ее ладонь своей. Другой рукой провел по ее шее, наклоняясь, чтобы поцеловать, а позже и вновь вкусить ее великолепной крови.

— Если хочешь, можешь уйти — прошептал я на грани слышимости, сам не веря в свои слова.

Ни одной женщине я не предлагал подобное, но ведь Ида моя истинная и тут надо действовать медленно и осторожно. Я корил себя за эти слова, но не мог поступить иначе.

Но моя прекрасная спасительница медленно покачала головой, потом улыбнулась и потянула меня в сторону кровати. Больше не было нужды спрашивать, ее действия говорили сами за себя.

С легкостью я снял с нее одежду и когда Ида предстала передо мной обнаженной, то я на миг замер, любуясь ею. Не знаю, что я рассчитывал увидеть, но точно не само совершенство. В который раз я поблагодарил Хранительницу за такой подарок.

— Ты прекрасна! — вслух выдохнул я — Спасибо, что пришла за мной, моя спасительница. Ты спасла меня!

Я должен был сказать эти слова давным-давно, но я не привык никого благодарить.

— Феликс, ты сам себя спас. И я не думаю, что ты так уж нуждался в моей помощи — усмехнулась Ида и обняла меня за шею.

— Ты ошибаешься, милая. Я очень нуждался в этом, просто не осознавал — прокладывая дорожку из поцелуев по ее шее, спускаясь всё ниже, говорил я и искренне так считал.

Ида ахнула, когда я добрался до ее груди и запустила пальчики в мои волосы, слегка натянув их. Я прикусил ее сосок и услышал ответный стон удовольствия. А потом я встал на колени перед ней и стал спускаться еще ниже, пока не достиг ее сокровенного места. Закинув ее ногу себе на плечо и дерзко улыбнувшись, я принялся ласкать ее сокровище, слушая, как тихо стонет моя истинная. Я чувствовал ее эмоции и одновременно со своими собственными это чуть не бросило меня за края, когда сама Ида достигла кульминации.

Я еле удержался, чтобы не кончить вместе с ней, но смог восстановить контроль. Однако мои клыки безумно ныли, говоря мне о том, что бедренная артерия моей истинной совсем рядом. Стоит мне лишь повернуть голову и… Нет! Пока еще рано!

Я осторожно опустил ногу Иды на пол и, поддерживая ее за талию, помог лечь на постель. Она тут же протянула ко мне руки и тихо попросила:

— Укуси меня! Я этого хочу.

Это стало началом конца для меня. Она неосознанно сама признала себя моей парой, ведь именно так происходит у вампиров. Добровольная просьба укусить значит выше всяких ритуалов и церемоний.

Ида отклонила голову подставляя мне свою чудесную шею, но я лишь покачал головой. Я, конечно, хотел полакомиться ее кровью, но упустить свой шанс и вонзить клыки в бедренную артерию я не мог.

— Нет! Сюда — провел я пальцем по ее бедру и хищно улыбнулся, показывая клыки. Я заметил ее растерянный взгляд и покачал головой — Не волнуйся! Я обещаю, тебе понравится.

И как только эти слова сорвались с моих губ, я наклонился и принялся целовать и ласкать будущее место укуса, потому что и так слишком долго ждал. И когда на мой язык полилась ее великолепная кровь, я снова почувствовал, что Ида кончила и, быстро вытащив их из ранки и замечав проколы, погрузился в ее влажную плоть. Я не был нежным, потому что от человека во мне сейчас ничего не осталось, были лишь инстинкты и наши смешанные эмоции, которые требовали взять свою истинную.